Живая книга

Завершая тему человеческих чудовищ от мира литературы, на этот раз я коснусь не признанных шедевров вроде Парфюмера или Психоза, оказавших заметное влияние на современную культуру, а рядовое произведение в жанре «злой маньяк гонится за добрыми героями» – так сказать, не флагмана движения, а скромного труженика, который делает своё дело в тени более достойных сородичей по жанру. Это – триллер «Дорога в ночь» американского писателя Ричарда Лаймона, завоевавшего себе популярность именно такими историями.

На Лос-Анджелес наползает ночь. Самая обычная беспокойная ночь, наполненная огнями фар и вспышками неона. Но для кого-то, как в любом большом городе, эта ночь станет последней. На этот раз смерть приходит к несчастным не в обличье хулигана за углом или нелепой автокатастрофы – он является под юного маской безумца, обуреваемого ненасытным желанием насиловать и убивать. И вот – девушка по имени Шерри никак не может дождаться своего парня, который на пару минут вышел в соседний магазинчик. Проходит десять минут, двадцать, полчаса… час, а тьма за окном всё не хочет отпускать возлюбленного Шерри обратно. В конце концов, отчаявшись сидеть и томиться неизвестностью, девушка решает сама выйти во мрак вслед за исчезнувшим парнем, не подозревая, что эта страшная ночь растянется для неё надолго…

Стиль Лаймона лаконичен и деловит; в нём нет места длинным описаниям и размышлениям, большую часть повествования занимают диалоги персонажей. Причём эти разговоры воспринимаются легко и естественно. В целом манера письма весьма напоминает подростковые романы, где основа заключается в стремительном развитии сюжета и увлекательном действе, а не на художественных красотах текста. Смешение такого «детского» стиля и мрачных, кровавых событий, описываемых в книге, приводит к необычному эффекту противоречия в чувствах читателей.

Интересно, что изображая персонажей практически только через их диалоги, автор всё же добивается того, что они не выглядят плоскими картонными фигурами, а воспринимаются как настоящие люди, которым начинаешь сопереживать. Положительные герои действительно симпатичны, а злодеи вызывают искреннее отвращение. В романах данной категории это редкость, и, пожалуй, это качество можно назвать главным плюсом произведения.

В «Дороге в ночь» много сцен, которых можно отнести не то что к эротическим, а даже к порнографическим – как я узнал из других источников, у Лаймона вообще бзик на этой почве, и каждое второе его творение описывает похождения сексуального маньяка. Спасает книгу то, что эти сцены в большинстве случаев сюжетно оправданы и написаны с мастерством.

В рамках выбранного жанра «Дорога в ночь» – книга весьма достойная и читается очень хорошо. Ценители ужастиков, которых не заставишь содрогнуться излишне натуралистичными сценами, могут смело брать книгу с собой в самолёт или поезд, чтобы убить время. Остальным, увы, на этом поле ловить нечего.

Рецензия предыдущего автора рассказывала о монстре в облике человека Жане-Батисте Гренуе, который «родился» в мире современной литературы и затем «переселился» на киноэкраны. Продолжу эту линию и на сей раз заведу речь о повести Роберта Блоха «Психоз» (распространены также варианты переводов «Псих» и «Психо»), которая стала основой для знаменитого одноимённого фильма Альфреда Хичкока, признанного шедевром кинематографического искусства.

Роберт Блох – писатель с нестандартным творческим путём. Начал он как последователь Говарда Лавкрафта, они даже переписывались между собой и обменивались любезностями, вставляя друг друга в свои произведения. Однако со временем Блох стал отходить от канонов мэтра сверхъестественного ужаса, находя способы запугать людей вещами более приземленными, но оттого не менее жуткими. Впрочем, выбиться в лидеры жанра Блоху так и не удалось – на мой взгляд, для этого автору не хватило своеобразности: многие прочитанные мной рассказы Блоха в плане строения текста и сюжета выглядят блекло и невыразительно, несмотря на их увлекательность. И вряд ли сейчас о Блохе вспоминали бы часто, если бы не повесть «Психоз», ставшая легендарной благодаря своей экранизации.

«Психоз» рассказывает о человеке по имени Норман Бэйтс, который на пару со своей старой матерью содержит маленький мотель в уединённом местечке недалеко от города. Дела у Бэйтса идут не очень хорошо: из-за переноса автострады поток клиентов идёт на спад, и полностью пустые номера в мотеле не новость. И без того невеселую жизнь Нормана ещё и портит больная немощная мать своими постоянными претензиями и обвинениями. Несмотря на то, что Норман – взрослый человек, он остаётся очень зависимым от истеричной матери и не может найти в себе силы переехать. Единственной его радостью в жизни остаётся чтение книг.

И вот однажды дождливым вечером в мотель приезжает постоялица, молодая девушка Мэри Крейн. Норман очень рад ей; в его жизни это один из немногих светлых моментов. Переборов неуверенность, он знакомится в девушкой чуть ближе, чем следовало бы обычному хозяину мотеля. Однако это вызывает взрывное недовольство матери Нормана, которая не хочет терять своё влияние на сына. Ревность матери столь сильна, что ночью она решается на убийство – и Норман, входя в номер Мэри, находит её изувеченный труп в ванной комнате. Норман понимает, что его давние подозрения о том, что у матери прогрессирующий психоз в тяжёлой форме, были не беспочвенны, но даже сейчас он не может решиться на то, чтобы разлучиться с матерью. Нет, любящий сын тщательно скроет следы преступления, спокойно встанет за стойку и приготовится всё отрицать, если в мотель придут люди, которые будут искать эту девушку – а они придут, и очень скоро, потому что не только у семьи Бэйтс имеются тёмные тайны, о которых никто не должен узнать…

Меня, привыкшего к «стерильности» стиля Блоха, повесть приятно удивила. Подача сюжета интересна – рассказ одновременно ведётся в двух плоскостях: мы видим происходящее то глазами Нормана, то глазами родственниц и друзей Мэри, которые пытаются её отыскать. Атмосфера в повести выстроена замечательно: с первой главы до последней сохраняётся тёмное безотчётное напряжение, свойственное произведениям с налётом истинной готики. Даже если читатель знает развязку этой истории по фильму Хичкока, ему есть чем поживиться в тексте. Прежде всего, тут хорошо и подробно выписаны сложные отношения матери и сына, а также внутреннее состояние самого Нормана, мечущегося от паники и смятения к твёрдой решимости, и наоборот. Другие персонажи, как Сэм Лумис и Лила Крейн, в фильме бывшие скорее статистами, нежели полноценными героями, тоже обретают собственное дыхание. В частности, на примере взаимоотношений «деревенского» Сэма и «городской» Лилы Блох касается темы влияния окружающей среды на личность и её установки.

В итоге мне стало понятно, что «Психоз» сам по себе, без оглядки на фильм, остаётся очень сильным произведением – несомненно, это одно из лучших творений Блоха. Построение всей интриги на психических отклонениях, надо полагать, было в момент написания весьма инновационным способом. Альфред Хичкок сам любил говорить: «Для того, чтобы сделать хорошее кино, нужно три вещи: сценарий, сценарий и ещё раз сценарий», – а Роберт Блох предоставил для фильма отличный проработанный сценарий, обеспечивший львиную долю успеха экранизации. И мотель Бэйтс с его мрачными тайнами и зловещими обитателями вот уже полвека продолжает пугать читателей и зрителей…

Роман Патрика Зюскинда «Парфюмер» был опубликован более 30 лет назад, в 1985 году, и сразу же стал мировым бестселлером. Популярность его растет с каждым годом, и все большее количество читателей пополняет ряды фанатов «Истории одного убийцы».

Интрига сюжета начинается уже с самого начала повествования. Автор обещает поведать историю о гениальном и в то же время отвратительном человеке, ставя его в один ряд с маркизом де Садом и Наполеоном Бонапартом. И с первых же строк акцентирует внимание на «летучем царстве запахов», в котором и проявилась вся гениальность и отвратительность главного героя.

Действие романа происходит в Париже ХVIII века. Весь сюжет подчинен описанию рождения, жизни и смерти главного героя – Жана-Батиста Гренуя. Рожденный в «вонючем» Париже, безобразный и жалкий, брошенный матерью и отданный в приют, Гренуй имел странную особенность – он ничем не пах. Этот очевидный читателю контраст с описанием вони города уже вносит в восприятие текста некий диссонанс, интригует и вовлекает в дальнейшие перипетии сюжета.

Гренуй растет в нищете и одиночестве, помыкаемый и унижаемый всеми. Случайно он обнаруживает в себе особый дар – уникальное чувство обоняния и еще более уникальное умение коллекционировать запахи. Источниками для коллекции Гренуя были молодые красивые девушки, а заполучить их запах герой мог только одним способом – убив их.

Впрочем, «Парфюмер» – это не примитивный детектив, это скорее психологическая драма. Личная драма одинокого человека, превратившая его в настоящее чудовище. Собирая запахи из красоты и молодости убитых им девушек, Гренуй создает духи с совершенным ароматом. Они действуют на любого человека как дурман, наркотик, превращая его в раба. А хозяин таких духов отныне будет обладать абсолютной властью.

Но одиночество не исчезнет – Гренуй понимает это. Никто не оценит глубины его гениальности, и он будет вечно один. Конец жизни героя ужасен, и в то же время предсказуем: его, обрызганного божественными духами, в исступлении разрывает толпа нищих на кладбище. Власть и одиночество, гениальность и одержимость достигли своей вершины!

Несмотря на то, что в романе описывается Франция ХVIII века, впечатления того, что читаешь историческое произведение, не складывается. Сознательно ли Зюскинд не привязывал своего героя к описываемому времени или давал понять, что такие «герои» могли встретиться в любую эпоху, но аналогии литературных критиков заходят значительно дальше сравнений самого автора. Гренуя сравнивают и с тиранами ХХ века (Ленин, Сталин, Гитлер), результатами абсолютной власти которых стали миллионы человеческих смертей, и даже с самим Антихристом.

Меня же всегда больше интересовало мнение обычных читателей. И здесь я сталкивалась с парадоксом: одних герой восхищал, у других – вызывал откровенное отвращение. Что касается меня, то Гренуй на протяжении всего романа вызывал лишь одно чувство – жалость. Чем объяснить такую разницу в испытанных от прочтения эмоциях? Возможно, каждый из читателей бессознательно примерил судьбу главного героя на себя?..

Если искать аналоги в художественной литературе, то Зюскинд, конечно, не был оригинален. Подобные «гренуи» встречались и в «Малютке Цахесе» Гофмана, и в «Преступлении и наказании» Достоевского, и в работах Ницше. Но герой Зюскинда по-своему уникален в своей гениальности и ничтожности одновременно. Как, впрочем, каждый подобный герой – и в литературе, и в жизни.

Стиль романа поражает своим разнообразием. Здесь и романтические отступления, и откровенная сатира, и философский уклон, и капля фантастики, и жестокость реализма. Эта смесь творит настоящие чудеса, не позволяя привязывать произведение к какому-то определенному литературному течению. Впрочем, любители классификаций стандартно определяют его как постмодернистский роман, скорее всего из-за времени написания произведения.

«Парфюмер» читается быстро и легко, не оставляя равнодушным никого. Легкость пера, увлекательный сюжет, прекрасная стилистика текста – все это дает возможность полноценно насладиться вечером чтения книги «Парфюмер. История одного убийцы».

В своём труде Как писать книги Кинг признавался, что более всего ему нравятся сочинять произведения, которые выстроены на чисто ситуативной основе: автор в голове рисует какое-нибудь экстремальное (и явно нехорошее) положение, в которое попадает персонаж очередного романа. Потом автор берёт в руку перо без всяких раздумий и составления сюжетного плана, и – лети, воображение, вольной птичкой, выпекай нам новый бестселлер. Если так посмотреть, то «Мизери» – первый роман Кинга, который я прочитал в возрасте 13 лет – тоже относится к чисто ситуативным романам.

Слово misery в переводе с английского означает «несчастье». Главный герой романа писатель Пол Шелдон сумел из этого слова, наоборот, выжать славу, почести и кучу денег. Мизери – имя главной героини в серии женских романов под авторством Шелдона. Романы разлетаются, как горячие пирожки, многие дамочки в разных уголках страны забываются над ними. Создаются фан-клубы Мизери, автору почтальон приносит мешки писем от благодарных читательниц… в общем, полный успех. Но Шелдону в конце концов его героиня начинает надоедать, и он решает покончить с ней раз и навсегда в традициях сэра Конан-Дойля. Новый роман «Сын Мизери», только-только ушедший в печать, должен стать последним, ибо в финале главная героиня гибнет. Но в это время с Полом происходит несчастный случай, круто меняющий его жизнь: во время поездки в горы его автомобиль переворачивается, и писатель едва не умирает. От смерти его спасает Энни Уилкс – женщина, живущая в горах отшельницей. Искалеченный Пол приходит в себя в её доме вдали от всего, и Энни (бывшая в прошлом медсестрой-сиделкой) нежно за ним ухаживает. Но Пол вскоре узнаёт два обстоятельства, которые ему очень не нравятся. Во-первых, Энни оказывается горячей поклонницей романов Шелдона, и Мизери в её жизни превратилась в что-то большее, нежели героиня выдуманных историй; Энни считает себя «самой большой поклонницей» таланта Шелдона. И во-вторых: у Энни Уилкс с головой явно не всё в порядке…

Книга стала истинным потрясением для маленького мальчика из села, который до этого «питался» в основном старыми журналами «Пионер» и классиками, книги которых штабелями лежали в нашем амбаре. Я и не подозревал, что можно так писать. :) Угораздило попасть, что называется, с корабля на бал: как я убедился впоследствии, «Мизери» – одно из наиболее психологичных творений Стивена Кинга, в котором он так глубоко углубляется в человеческое сознание и его пороки, что не все мои друзья, которым нравится Кинг, смогли дочитать книгу. В сущности, в произведении размером в несколько сот страниц только два персонажа: Пол и Энни, причём главный герой прикован к постели и не может даже выйти из комнаты. Единственное, что ему остаётся делать – это мыслить и вспоминать, и читатель тоже должен кормиться именно таким винегретом. Поражённые болезнью построения разума Шелдона настолько правдоподобны, что не остаётся никаких сомнений в том, что книга во многом автобиографична. И правда, «Мизери» была написана в самый тёмный и беспросветный период жизни Кинга, когда он достиг «дна» в прогрессирующем алкоголизме и наркомании, и перед ним стоял выбор – выплывать обратно вверх или лишиться семьи, друзей… самого себя. В своих воспоминаниях Кинг отметил, что в его решении покончить с такой жизнью большую роль сыграли Энни и Мизери, ставшие символами зависимости человека от пороков и порождений собственного разума.

Я считаю «Мизери» одним из лучших романов Кинга – несмотря на то, что он воспринимается трудно. Сказывается, конечно, моё личное тёплое отношение, но и без этого роман весьма фактурен и своеобразен. Других книг Кинга, приблизившихся к планке «Мизери», я не помню (разве что Игра Джералда пыталась сделать что-то подобное, но с гораздо меньшим успехом). «Мизери» – это путешествие в дебрях разума одного человека, встреча с его страхами и фантазиями, которые зачастую гротескно похожи на наши собственные. А ещё эта история напряжённой психологической борьбы, когда человек пытается сбросить оковы, душевные и физические, которые не дают ему вырваться на свободу. Удастся ли Полу Шелдону разбить африканского идола, поселившегося в его голове – узнаем в конце книги.

Десять негритят отправились обедать,
Один поперхнулся, их осталось девять.
Девять негритят, поев, клевали носом,
Один не смог проснуться, их осталось восемь…

Нет-нет, господа, не надо пугаться: я не собираюсь этой рецензией начать обзор всех трудов Агаты Кристи, количество коих исчисляется сотнями. :) Речь пойдёт только об одном классическом романе писательницы, ознакомиться с которым, на мой взгляд, должен каждый (да и сама Кристи считала его своим лучшим творением). Впрочем, я думаю, большинство и так знакомы с ним хотя бы по фильму Станислава Говорухина, в которой снимались Татьяна Друбич и Александр Абдулов. Великолепная экранизация в лучших традициях психологических триллеров вывела сюжет «Десяти негритят» в массы. И мало кто оставался равнодушным после просмотра картины.

Ситуация, от которой у любителей хороших детективов сразу начинает учащённо биться сердце: пустой остров, отрезанный от остального мира; большой таинственный дом со многими комнатами и тёмными коридорами; и десять совершенно незнакомых, непохожих друг на друга людей, которые приезжают в дом по приглашению хозяина Негритянского острова. Здесь их ждут уютная обстановка, вкусная пища, комфортные спальни. Но иллюзия завидного гостеприимства длится недолго. Скоро гости поймут, что оказались в ловушке, выстроенной больным воображением маньяка-убийцы. Капкан захлопнулся в тот момент, когда они ступили на каменистую землю острова. Убежать из острова невозможно, люди погружаются в пучину подозрений, страха и ужаса близкой смерти – и только зловещая детская считалка да фарфоровые фигурки в виде маленьких негритят спокойно ведут отсчёт до финала этой страшной игры…

Роман был издан в 1939 году. Даже не верится, что он написан так давно – кажется, что его вполне мог написать современный автор. Архаичный оттенок стиля почти незаметен, а даже если так, то это легко теряется за увлекательностью чтения. Концептуальные элементы книги – изолированное место действия, изощрённые способы убийств, страхи из разряда «Он среди нас!» – не являлись чем-то новым в момент написания романа. Революционными стали именно отточенные до совершенства элементы триллера: жуткий детский стишок, превратившийся в список смертников, загадочно исчезающие фигурки, а главное, поразительно глубоко и достоверно проработанные психологические портреты персонажей. Всё это вкупе со специфической стилистикой создавало дух мистики и апокалипсиса, царящий над Негритянским островом.

Вообще, «Десять негритят» уклоняется в сторону мистики и даже хоррора так далеко, насколько это вообще возможно в рамках классического детектива. Здесь не расследования Эркюля Пуаро или Шерлока Холмса, где фигуры гениальных сыщиков успокаивают читателя, какая бы чертовщина кругом не происходила: мы-то знаем, что в итоге всё будет высчитано, раскрыто и разжевано нам, непонятливым, лучшим образом. «Десять негритят», наоборот, сплошь состоит из недомолвок и полутеней. Даже когда перевёрнута последняя страница и все тайны острова раскрыты, остаётся ощущение, что далеко не всё, что происходило с персонажами, можно объяснить причинами из мира сего.

Кстати, за рубежом в целях политкорректности все новые издания романа выходят под заголовком «… И никого не стало» (… And Then There Were None), а все упоминания негритят в тексте заменены на маленьких индейцев, даже остров стал именоваться Индейским. Одной из немногих стран, где «Десять негритят» до сих пор выходят под оригинальным названием, является Россия. Мелочь, а приятно. :)

Наверное, этот фильм у большинства из нас был одним из лучших впечатлений детства. Динозавры! Как живые! Остров! Приключения! Погони! Стрельба!.. Стивен Спилберг, находящийся на пике своей творческой деятельности, снял истинный шедевр, который не перестаёт потрясать воображение по сию пору. Остров Нублар, где раскинулся самый удивительный и самый опасный парк всех времён и народов, заставлял поверить в свою реальность, будоражил фантазию. И как-то терялся на фоне красочных чудес тот факт, что придумали этот парк вовсе не создатели фильма, а совсем другой человек – писатель-фантаст Майкл Крайтон (к сожалению, не так давно ушедший от нас в мир иной), который тремя годами ранее выпустил объёмный научно-фантастический роман.

Завязка сюжета не сильно отличается от фильма. Компания «ИнГен», которой владеет пожилой магнат Джон Хэммонд, проводит революционные исследования, позволяющие восстановить ДНК рептилий, обитавших на планете миллионы лет назад. Хэммонд решает открыть на тропическом острове Нублар грандиозный парк развлечений, где богатые клиенты будут тешиться, наблюдая за динозаврами. В качестве «пробной партии» гостей он приглашает во вновь открывшийся Парк юрского периода специалистов-учёных. Среди них палеонтологи Алан Грант и Элли Саттлер, математик Ян Малкольм, и ещё два ребёнка – внук и внучка Хэммонда. Несмотря на сказочную красоту, у учёных парк особого восторга не вызывает – они предупреждают Хэммонда об опасностях, связанных с содержанием такого заведения, но магнат в предвкушении баснословных барышей не желает к ним прислушиваться. Ему кажется, что он предусмотрел всё до мельчайших деталей, но очень скоро становится ясно, что это не так: в результате череды непредвиденных происшествий система безопасности парка перестаёт работать, и древние хищники вырываются на свободу…

Книга действительно получилась толстой и несколько академичной, в отличие от насыщенного действием фильма. Тут стоит отметить, что Крайтон считается родоначальником особого литературного жанра, называемого «технотриллером». Начиная со своего дебютного романа Штамм «Андромеда» он пишет научно-фантастические произведения, дотошно, со всеми техническими подробностями, описывающие опасности, которыми сопряжено необдуманное внедрение новых технологий. При этом сюжеты книг Крайтона зачастую похожи на сценарии фильмов ужасов – собственно, тот самый технотриллер и получается. Этим объясняется пугающе большое количество страниц. Если в фильме процесс восстановления ДНК динозавров описали парой невнятных фраз, то в романе это занимает добрых несколько десятков страниц. Кое-кто может заскучать, но более-менее искушённый в таких вещах читатель несомненно получит удовольствие. Например, как вам такой сюрприз: на самом деле образец ДНК был сильно повреждён, поэтому в «ИнГен» заполняли повреждённые участки практически случайным набором генов – получается, в «Парке юрского периода» обитали далеко не те существа, которые когда-то прогуливались по Земле! Это, конечно, не преминули заметить Грант и Саттлер, но Хэммонд просто отмахнулся: детишкам-то большой разницы нет…

Если даже отвлечься от стилистики, то между фильмом и книгой всё равно имеются серьёзные расхождения. Прежде всего это касается характеров персонажей. У Крайтона каждый герой подробно прописан вместе с биографией, но психология у всех одна общая… типизированная, что ли. Во время чтения это особенно на себя внимания не обращает, но кинематографу, конечно, нужны были более яркие краски. Поэтому готовьтесь узнать, что доктор Грант не так уж ненавидит детей, Джон Хэммонд далеко не добрый дедушка, а от «киношной» комичности и жизнерадостности Яна Малкольма ничего не осталось. Кругом серьёзные люди с серьёзными мыслями, и даже у малышей голова варит не по-детски основательно. Хорошо это или плохо – каждый решит сам.

Ближе к финалу события книги уже окончательно говорят «прости» фильму, и тут читателя ждёт много разного рода неожиданностей. Не буду рассказывать, чтобы не портить впечатление тем, кто книгу ещё не читал, но скажу одно: если бы в нашем любимом фильме всё шло строго по канонам книги, то у входа в кинотеатр детям и женщинам нужно было бы выдавать по носовому платку, а лучше – по две. :)

Не скажу, что книга-первоисточник затмила для меня фильм Спилберга. Всё-таки фильм в итоге действует гораздо сильнее. Но и книга по-своему замечательна. Умное, философское, и вместе с тем увлекательное и напряжённое чтение, раскрывающее известную всем историю с новых граней.

Рэй Брэдбери – очень милый старичок. Человек, который напоил весь мир вином из одуванчиков и в век лязгающего железа и клубов фабричного дыма вновь заставил нас поверить в торжество добра. Он утверждает, что можно жить вечно, питает безграничную надежду на гений человеческого разума и призывает всех не останавливаться на достигнутом, покорять новые вершины – помнить, что «Р» значит ракета, а «К» значит космос. Добрейшей души человек, в чьих произведениях обычно холодный и жестокий мир расцветает тёплыми красками.

Да, большинство знает Брэдбери именно таким. И это замечательно. Но те, кто знакомы с творчеством мастера не только из сборников классической фантастики и романтической прозы, знают то, отчего другие раскрыли бы рты.

Например, Рэй Брэдбери помнит с кинематографичной точностью всю свою жизнь с самого момента рождения… а может, даже чуть раньше. Этот жутковатый факт становится ещё более страшным, если прочитать его рассказ «Маленький убийца», где рассказывается о том, как НА САМОМ ДЕЛЕ новорождённые младенцы относятся к новому для себя миру и тем, кто подарил им жизнь.

Вот ещё малоизвестный факт – великий романтик начинал свою карьеру вовсе не в качестве фантаста. Нет, первая его книга была сборником рассказов ужасов – очень необычных и тёмных рассказов ужасов, не похожих ни на что другое. Сборник был озаглавлен «Тёмный карнавал».

Страшные, гротескные и искажённые образы населяли эти рассказы. Маньяки, чинно обедающие за столом вместе с только что убитой ими семьёй, и глумящиеся немыслимыми образами над трупами в кладбище. Вампиры, рыщущие по ночам в городе в поисках очередной жертвы. Странные люди, которые испытывали внезапный панический страх перед собственным скелетом и пытались от него избавиться… или идущие сквозь тьму к своему погибшему возлюбленному в бурлящие глубины городского стока. Смертоносные предметы – банка с непонятным, но очень-очень жутким содержимым и коса, один взмах которого уносит десятки жизней. И ещё многие порождения буйной фантазии, которые способны напугать по-настоящему.

Кто-то удивится, но именно на страницах «Тёмного карнавала» впервые появилась загадочная Семья – ведьма Сеси, крылатый дядюшка Эйнар и мальчик Тимоти (через полвека Брэдбери объединит все истории о них в роман Из праха восставшие). Но в отличие от, например, «Апрельского колдовства», оставляющего после чтения светлую тоску, рассказ «Странница» из сборника вызывает в основном страх перед необычными способностями юной ведьмы, безжалостно терроризирующей неугодного ей родственника.

Пожалуй, «Тёмный карнавал» – самое подходящее название для этой книги. Калейдоскоп историй действительно напоминает карнавал, к образу которого Брэдбери потом не раз вернётся в своих более известных произведениях, не относящихся к «ужастикам». Впрочем, до конца этот жанр он так и не оставит – и в последних сборниках автора можно найти такие вызывающе дрожь истории, как «Земля на вывоз» о похороненных заживо, и «Звери» – о зверях в человеческом обличье. Все те, кто хотят узнать новые грани творчества Брэдбери, или просто ценители хороших страшных историй – добро пожаловать на тёмный карнавал, представление начинается!..

«Дом ужасов» относится к раннему периоду творчества Дина Кунца, когда он ещё не заработал себе славу мастера, сопоставимого с самим Стивеном Кингом. По рекомендации издателя книга была опубликована под вымышленным именем. И вообще, «Дом ужасов» – не оригинальное произведение, а переложение на бумагу сценария одноимённого фильма. Продюсеры фильма решили подстраховать успех своего детища, попросив молодого автора написать книгу на основе сценария и выпустив её на полки магазинов задолго до дня премьеры. Затея, судя по мрачноватому послесловию Кунца, с треском провалилась. Причём виноват в этом был сам фильм, а вовсе не книга. На мой взгляд, как раз книга-то и весьма неплоха.

Сюжет обдаёт приятным для ценителей ароматом классики хоррор-картин восьмидесятых. Девушка, сбежавшая из дома с возлюбленным, который работает в кочующем цирке, рожает от него уродца, больше похожего на зверя, чем на человека – и в ужасе убивает младенца. Дитя она видит воплощением зла, и ей кажется, что она поступила правильно. Но вот отец малыша от поступка жены, понятное дело, не в восторге. Конрад Стрейкер – человек, умеющий ждать и хранить в сердце чёрную ненависть; он решает мстить своей жене не сиюминутно, а спустя многие годы – девушка убежит от него, забудет пережитый той ночью кошмар, станет взрослой женщиной, поселится в тихом мироном городке. Но однажды час мести настанет: в город въедет старый цирк, который наглотался за свой век пыли дорог, и перед детьми женщины, которая когда-то убила ребёнка Конрада, широко откроются двери местного аттракциона «Дом ужасов»…

Книга очень типична для вещей Кунца. Пусть костяк сюжета и был навязан автору чужим сценарием, он сумел переработать идею и сварить из неё свой фирменный тягуче-чёрный коктейль психологического триллера с нарастающей тревогой и ощущением тотальной безнадёги. Книга по-настоящему захватывает с первых страниц: яркие визуальные образы, мрачные декорации, напряженные диалоги способствуют этому. «Экранное» происхождение книги выражается разве что в некоторой калейдоскопичности эпизодов, когда отдельные персонажи возникают и спустя пару страниц без проволочек умирают. Ну и Кунц не был бы Кунцом, если бы не вплёл в историю красную нить сложных взаимоотношений старшего и младшего поколения (на этот раз – неидеальной дочери и ещё более неидеальной матери). Всё-таки личный тяжёлый опыт автора налагает огромный отпечаток на его творчество.

Самый большой недостаток книги тот же, что во многих других вещах Дина Кунца. Это концовка. Она тут не просто плоха, а катастрофически никудышна. Из-за безобразно скомканного и разочаровывающего финала вся книга кажется обманкой, и даже становится жалко потраченного на неё времени. А обидно – если бы последняя часть книги не подкачала, «Дом ужасов» был бы очень крепким, хорошо сбитым триллером, и плевать на его киношное происхождение. Но увы, этого не произошло; поэтому, несмотря на все достоинства и вкусности, роман выглядит на порядок хуже большинства других книг Кунца.

Честно говоря, я предпочитаю хороший сборник рассказов хорошему роману. Роман – дело хорошее, но в сборниках больше калейдоскопичности и многогранности, так любимых мной. Добротный сборник всё равно воспринимается как единое целое, но как-то глубже, проникновеннее. Наконец, его приятнее перечитывать по прошествии некоторого времени. Наверное, поэтому моим любимейшим романом был и остаётся Марсианские хроники Рэя Брэдбери – неподражаемый пример романа-сборника, хаотичного и невероятно поэтичного как по форме, так и по содержанию. Будет время, я обязательно напишу рецензию на него.

Итак. «Дым и зеркала», сборник рассказов, автор – Нил Гейман, англичанин. Писатель для меня новый, хотя я заочно знаком с ним по хорошим фильмам «Звёздная пыль» и «Коралина в Стране кошмаров», поставленным по его произведениям. Ещё я знаю, что он написал нашумевший роман Американские боги, с которым я пока не имел чести ознакомиться, и вообще считается одним из главных надеж нео-фэнтези и нео-готики. Далее опишу впечатления от книги.

Рассказы, составляющие сборник, достаточно коротки (в начале книги каждому рассказу посвящено отдельное эссе, нечто вроде истории создания). Длинных произведений раз-два и обчёлся. Есть ОЧЕНЬ короткие рассказы, не занимающие и страницы. Проза перемешана с поэзией в один коктейль. Перевод стихов, конечно, оставляет желать лучшего – о сохранении оригинального слога и рифмования говорить не приходится, но я этого и не ждал. Во всяком случае, сюжеты стихов более-менее переданы. И надо сразу сказать, что поэтическая часть сборника мне понравилась куда больше, чем проза, несмотря на трудности перевода. Видимо, Гейман и впрямь неплохой поэт…

Сюжеты рассказов фантастичны, в стилистике действительно чувствуется лёгкий налёт готики. Язык автора суховатый и рублёный, что подчеркивает его английские корни. Первый рассказ сборника – «Свадебный подарок», о странном даре молодожёнам в день торжеств – задаёт тон всей книге. При чтении создаётся ощущение некоторой притчеобразности, изолированности мира рассказов от всего окружающего. Отчасти это является следствием того, что значительная часть произведений вправду основана на старинных былинах, легендах и притчах (причём не только на английских). После смачной реалистичности американских писателей такой стиль воспринимается как-то напряжённо, оставляет чувство картонности сюжетов и персонажей. Может, так и оно и есть, и Гейману надо чуток постараться над художественной проработкой своих рассказов.

Качество самих рассказов сильно разнится. Есть прекрасные вещи – тот же «Свадебный подарок», по-настоящему жуткая поэма «Белая дорога», рассказ «Пруд с декоративными рыбками и другие истории» с неповторимой ностальгически-меланхоличной атмосферой, иронично-грустная история «В поисках девушки», которая трогает за душу, детективно-философская притча «Мистерии убийства». Но, к сожалению, значительная часть рассказов не оставляет после себя ничего, уж слишком они примитивны и поверхностны. Да и эти навязчивые статейки а-ля «как я писал этот рассказ», беспощадно обнажающие замысел автора (или его отсутствие), явно излишни и нарушают гармонию. Не знаю, может быть, мне попался не самый лучший сборник Геймана – насколько я знаю, у него их несколько.

В итоге «Дым и зеркала» так и не образовал одну цельную картину, тот калейдоскоп, о котором я говорил раньше. Но всё-таки я не разочаровался в новом авторе. Нил Гейман, несомненно, обладает большим талантом – тех нескольких хороших вещей из сборника хватает, чтобы это понять. Другое дело, что иной раз он пишет свои истории, что называется, левой рукой от силы. Что ж, и такое не постыдно, ведь не каждый день писателей одолевает творческий зуд. Но, возможно, всё же не стоило включать в сборник отдельные явно проигрышные произведения и так «раскрываться» перед читателем, рассказывая историю создания каждого рассказа.

Митч Каллин не самый известный и титулованный американский писатель. Сдаётся мне, единственная причина, по которой его роман «Страна Приливов» был выпущен на русском языке – это скандальный фильм Терри Гиллиама, «последнего голливудского визионера», поставленный на основе книги. Фильм с участием восходящей звездочки Джодель Ферланд действительно мог вызывать возмущение и отторжение, потому как балансировал на грани всех допустимых кинематографических табу. Не говоря уже о том, что был сам по себе совершенно шизоидным. Впрочем, это не помешало картине получиться очень даже хорошей в глазах ценителей, и поэтому я купил книгу Каллина, чтобы сравнить первоисточник с фильмом.

Сюжет романа в точности совпадает с фильмом. Маленькой Джелизе-Розе не повезло с родителями. И мать, и отец девочки – вконец обдолбанные наркоманы, которые живут ожиданием новой дозы. Впрочем, отец ещё и пытается выступать на рок-сцене, и даже не без некоторого успеха. Но однажды мать внезапно умирает от передозировки наркотиков, и Джелизе-Розе с отцом приходится срываться с места и ехать чёрт-те куда за городскую черту, дабы не отвечать на вопросы полиции. Вот тут и начинается вся история.

Место, куда отец привозит Джелизу-Розу – большой заброшенный дом на пустыре, заросшей жёлтой джонсоновой травой – настоящий рай для маленького ребёнка после унылых пропахших потом городских стен. После того как отец делает себе укол и в очередной раз уплывает в далёкую Страну Приливов, девочка остаётся одна в своём полном распоряжении. И как же тут не порезвиться вволю?.. Разговоры с куклами, монстры, блуждающие по степным волнам, странные друзья, опасные игры, кровавые ритуалы – вот далеко не полный список приключений Джелизы-Розы. Надеетесь на хороший конец? Что ж, надейтесь.

Повествование ведётся от первого лица, от имени Джелизы-Розы, и это вносит свою долю интереса в чтении. Правда, я сомневаюсь, что маленькая девочка смогла бы так запросто жонглировать такими выражениями, как «футуристический обелиск», но что поделаешь: издержки приёма. Каллин знал, на что идёт, так что оставим это на совести писателя. Во всём остальном стиль книги безупречен. Текст изящен и красив, вызывает в уме яркие красочные образы того, что происходит. На мой скромный взгляд, при всём уважении к достоинствам фильма Гиллиама, по части визуальных образов книга всё же выходит победителем. Одно только описание конца света, озарённого розовым заревом, чего стоит.

Вообще, «Страна Приливов» – хороший пример постмодернистской прозы. Само имя главной героини – Джелиза-Роза – является отсылкой к «Алисе в стране чудес». Так что не приходиться удивляться наличию в книге бездонной кроличьей норы и прочих кэрролловских вкусностей. Кроме «Алисы», на роман определённо повлиял также дебютный роман Иэна Бэнкса «Осиная фабрика» – местность и нравы ну прямо-таки кажутся сошедшими со страниц этого произведения. Алиса в Осиной Фабрике? Интересная, надо сказать, ситуация.