Живая книга

Наши страницы на других сервисах

«Над пропастью во ржи»

Автор рецензии: FRIDAY13. Дата написания: 13 февраля 2009. Жанр: Современная проза

Над пропастью во ржиУдивительные бывают книги. Начнёшь читать – и нестерпимо хочется поморщиться и бросить. Потом интерес появляется, но как-то вяло, идёт по нарастающей… и наступает момент, когда он опять рушится вниз, а книга остаётся лежать на дальней полке. Потом, когда чуть было не забыл, опять приходится почему-то брать её в руки и дочитывать. Уже совсем поздно, когда закончил читать и прошёл уже месяц-два (а то и год), как ты перевернул последнюю страницу, вдруг понимаешь: эта книга была очень хорошей. Возможно, одной из лучших, что ты читал.

В данном случае я говорю о вполне конкретной книге. Это «Над пропастью во ржи», единственный роман Джерома Д. Сэлинджера.

О сюжете говорить нельзя – хотя бы потому, что в книге его, вообще говоря, нет. Фабула построена вокруг бесцельных метаний по городу молодого человека с запоминающимся именем Холден Колфилд, который представляет собой очень интересную личность. Фактически, в нём собрана вся молодёжная агрессия и нарочитое выпадание из окружающей «системы». Книга начинается с того, как Колфилда выгоняют из престижной школы за неуспеваемость. Не то, чтобы он плохо учился – нет, он умён и вполне мог бы продолжать обучение, но ему претит сам дух школы, чопорный и лицемерный. Эти два качества Холден видит буквально во всём, не только в школе – начиная от своих друзей и подруг и кончая случайными знакомыми. При этом он знает, что сам от них мало отличается, и это его крайне угнетает. Он понимает, что не в силах ничего изменить – единственное, что он может сделать, это выказывать неявный протест против порядка вещей, ничего не предпринимая активно. Вот в чём причина его прогулов, постоянного вранья, презрения к нормам и правилам, доходящего порой до истерики. У Холдена нет ценностей в жизни, кроме весьма смутных представлений о том, как всё должно быть. Яркий образ – его мечта, то самое дело, которым он мог бы заниматься без отвращения к себе:

- … Понимаешь, я себе представлял, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле, во ржи. Тысячи малышей, и кругом – ни души, ни одного взрослого, кроме меня. А я стою на самом краю скалы, над пропастью, понимаешь? И моё дело – ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть. Понимаешь, они играют и не видят, куда бегут, а тут я подбегаю и ловлю их, чтобы они не сорвались. Вот и вся моя работа. Стеречь ребят над пропастью во ржи. Знаю, это глупости, но это единственное, чего мне хочется по-настоящему. Наверное, я дурак.

Странная мечта, но что-то в ней действительно есть… Спасать детей, тех созданий, в которых ещё нет того ненавистного лицемерия и нарциссизма, который Холден видит во всех людях – вдали от всего, над бездонной пропастью…

Книгу мне рекомендовал к чтению мой брат, и когда мы оба ознакомились с ней, она стала предметом наших продолжительных споров. Брат говорит, что Холден родственен ему, в какой-то степени он увидел в нём себя, увидел и принял. Он всецело его поддерживает. А я, сколь бы интересен мне ни был персонаж, никак не могу разделить его взгляды. Холден, по-моему, действительно висит над пропастью, но под угрозой находятся не играющие во ржи дети, а он сам. Да, в нём есть всё то, что было и есть в нас, в молодёжи – дух бунтаря, отречение от авторитетов, стремление к безотчётной дали, – но это всё слепые силы, которые без узды могут уничтожить не только нас самих, но и тех, кто нам близок. Книга в первую очередь научила меня именно не быть таким, как Холден Колфилд, не терять веру в ценности, пусть даже ненавистные нам и кажущиеся банальными. Я не говорю, что нельзя бунтовать и стараться изменить окружающие реалии. Просто нужно делать это не «без тормозов», а целеустремлённо, начиная с малого, чётко себя осознавая, не отторгая всё и вся. Строить, а не ломать. В конце концов, Сэлинджер сам говорит устами одного из собеседников Колфилда, и эта фраза стала для меня главной из всего произведения:

Признак незрелости человека – то, что он хочет благородно умереть за правое дело, а признак зрелости – то, что он хочет смиренно жить ради правого дела.