Живая книга

“Джек и Джилл” – третья книга в серии триллеров Паттерсона о сыщике Алексе Кроссе. На Западе эти книги достаточно популярны – количество книг про чернокожего меланхоличного детектива уже перевалило за десятку. А российский читатель, скорее всего, знаком с Алексом Кроссом по фильмам “И пришёл паук” и “Целуя девушек”, где образ Кросса замечательно воплотил талантливый актёр Морган Фриман.

Надо сказать, именно из-за симпатии к фильмам я и купил книгу. Оба фильма (снятые по первым двум романам серии) отличались тонким психологизмом вкупе с хорошим сюжетом, поэтому я решил, что того же можно ожидать и от третьей части. Однако я немного ошибся. Сюжет “Джека и Джилл” резко отличается от первых двух романов – скорее всего, именно поэтому Голливуд и не стал его экранизировать.

Вообще, Джек и Джилл – абстрактные персонажи известной в Америке детской песенки. Но в книге под такими псевдонимами действует парочка маньяков-убийц, которые выбирают себе в жертвы только богатых, знаменитых и влиятельных. Джек и Джилл работают виртуозно, оставляя после себя трупы тех, чьи имена ещё вчера украшали первые полосы передовиц. С каждым убийством они выбирают себе жертву всё крупнее и важнее. Естественно, после того, как уровень доходит до сенаторов, убийства перестают быть только криминальным случаем – они переходят в политический террор со всеми сопутствующими обстоятельствами. В бой брошены лучшие детективы, ФБР, разведка… И детектив Алекс Кросс, который не причисляет себя к числу сильных мира сего, чувствует себя лишним в этой компании. Он вообще рад бы устраниться от дела – вон сколько цепных псов бегает по пятам безумной парочки, – тем более что у него есть собственная головная боль: жестокий маньяк, который методично убивает детей возле школы, где учится его дочь. Но уйти от поимки за Джеком и Джилл не получается. Кроссу, который и без того находится в состоянии тревоги за свою семью и связанного с этим перманентного невроза, приходится вести два дела одновременно…

Первое, что хочется отметить в книге – очень сложный, местами даже переусложённый сюжет. Причём речь идёт не о детективной интриге, хотя она тут тоже хороша, а об общем построении фабулы. В книге множество побочных линий, закольцованности, возврата к исходникам и прочих нелинейностей. Из-за этого читать книгу несколько тяжеловато. Усугубляет это то, что главный персонаж предстаёт как личность довольно мрачная, замкнутая и тревожная, и его мысли часто невеселы. Да и окружение Кросса – атмосфера гиперурбанизированного душного города и чернокожих гетто – добавляет тяжеловесности чтению. В этом плане Кросс вовсе не похож на свой образ в фильмах и порой даже вызывает раздражение своими чрезмерными рефлексиями.

Да и вообще вся книга безрадостна. Талантливо написана, головоломна, но безрадостна. Удовольствие от чтения перевешивается досадой по поводу того, насколько беспомощно выглядят в “Джеке и Джилл” абсолютно все персонажи – начиная от главного героя, кончая маньяками (которые вовсе не колоритны и любопытны, как это обычно бывает в подобных книгах, а скорее вызывают чисто бытовую неприязнь и жалость) и самим Президентом США. Основной посыл – что бы ты ни делал, зло будет расти. Кросс пытается не замечать этого и справляется как может. Да вот только автор, видимо, убеждён в бесполезности его деяния – и в конце романа ощущение бессмысленного барахтания на месте не покидает читателя, даже когда всё вроде кончилось и все плохиши наказаны. Такое не для Голливуда, и третьего фильма об Алексе Кроссе мы, наверное, никогда не увидим.

Главная героиня книги – агент ФБР Смоуки Барретт, которая возглавляет свой отдел расследований. Рассказ ведётся от её лица. С первой же страницы на читателя выплескивается море не самых приятных мыслей и переживаний, которые царят в голове персонажа. Впрочем, Смоуки понять можно – она фактически находится на грани умопомешательства, думает о самоубийстве и дни напролёт просиживает в своём доме, уставившись на голую стену. Такой она стала после жестокого убийства всей её семьи (мужа и маленькой дочери) маньяком-убийцей полгода назад. Сама Смоуки едва выжила, получив на память множество ран по всему телу. Лицо её тоже изуродовано до безобразия. Макфейден не скупится на подробности – как физические, так и психологические – поэтому героине волей-неволей начинаешь сопереживать и безотчётно уважать её хотя бы за то, что она ещё находит в себе силы жить после такой жути.

Наконец, к моменту начала событий романа Смоуки вновь начинает проявлять хоть какой-то интерес к жизни. Она с трудом, но вновь вливается в рабочий процесс при подержке своих друзей-коллег и опытных психологов. Первое же дело, которым занимается её отдел, становится для Смоуки сложнейшим испытанием – очередной маньяк орудует в городе, зверски убивая молодых женщин, фотографии которых он нашёл по Интернету. Убийца считает себя потомком знаменитого Джека Потрошителя и уверен, что его никому не удастся поймать, как и его предка. Он настолько убеждён в своём превосходстве, что бросает открытый вызов ФБР и конкретно отделу Смоуки, как самым лучшим агентам в Бюро: либо они его поймают, либо кошмар, чинимый маньяком, будет всё ближе подбираться к близким им людям. В тяжелейших условиях, при почти полном отсутствии улик, сквозь кровь, трупы, насмешки убийцы и нервные срывы, Смоуки идёт к разгадке тайны личности маньяка…

Изначально понятно, что Макфейден хотел сделать своё произведение как можно более мрачным и беспросветным. Возможно, он вообще поставил себе цель наглядно показать, что работа тех, кто ежедневно имеет дело с самыми тёмными проявлениями человеческой природы, вовсе не так захватывающа и интересна, как нам кажется. “Человек из тени” начисто лишён хотя бы какого-то намёка на юмор или иронию. Не перестаёшь прийти в себя после очередного ужасающего происшествия и открытия, как вот тебе на – на тебя обрушивается порция ещё более страшных событий. И так до самого конца.

И всё-таки Макфейден, на мой взгляд, переборщил с “чернухой”. После чтения книги остаётся гадкое ощущение, будто ты только что пробирался через канализационную трубу. Этому способствует и предсказуемость разгадки (см. ниже), и общая невыразительность стиля… но более всего – градус тошнотворности событий, описываемых в тексте. Самое обидное – превысил-то автор критическую отметку ненамного. До трёх четвертей книги ещё не создавалось ощущения купания в помойной яме. Но при общем обзоре всё же получается перехлест.

Но чёрт с ним, с “чернухой” – в конце концов, отчасти в надежде на такое мы и покупаем подобные книги. У “Человека из тени” имеются куда более серьёзные недостатки. В первую очередь – предсказуемость развязки. Я лично догадался о том, кем является маньяк, практически сразу. В этом смысле фабула романа прямо-таки каноническая. Беда в том, что канон давно уже истерт и превратился в клише. И если в романе присутствует такой приторный типаж, как [имя_убийцы], то всё просто: злыдень – он.

И ещё один большой огрех. Все персонажи романа кажутся… ненастоящими. Вот именно. Вроде бы автор наделил их своеобразными характерами, вроде бы их не обзовёшь сделанными из картона, и они способны на неожиданные поступки – но тем не менее не покидает ощущение, что это не люди, а лишь игрушки, которых автор не очень умело дёргает за ниточки. Даже сама Смоуки, персонаж вообще-то очень сложный и достаточно хорошо проработанный Макфейденом, не избежала этой участи. Разумом-то мы понимаем, что она находится “на грани” – вот это автор очень хорошо даёт понять. Но её срывы, сомнения и истерики всё равно раздражают и вызывают недоверие.

А тут я ещё узнал, что Макфейден решил сделать из книги серию и уже написал пару продолжений. Покупать их не очень хочется, так что, наверное, можно ставить книге минус. Но если у вас крепкие нервы, лишнее время и небольшая искушённость в детективах, то попробовать стоит. Возможно, “Человек из тени” вам и понравится.

Хотя первым опубликованным романом Чака Паланика стал незабвенный Бойцовский клуб, по порядку написания это была его вторая книга. Дебютом Паланика в крупном жанре явились именно “Невидимки” (или, более точно, “Невидимые монстры”) – роман, который получил дружный отказ во всех издательствах, куда обращался Паланик за публикацией своего творения. Издатели находили историю слишком провокационной, шокирующей, попросту омерзительной. Сегодня Паланик во весь голос заявил о себе миру – и, разумеется, позиция издательств по отношению к его первенцу переменилась. Вот я и решил проверить на себе, так ли страшен чёрт, как его малюют. :)

Главная героиня книги безымянна, как во многих других романах Паланика. Когда-то она была преуспевающей фотомоделью, следом за которой оборачивались десять мужчин из десяти. Но судьба сыграла с ней жестокую шутку, в одночасье отняв то, что было ей дороже всего – её лицо. Героиня превратилась в уродливое пугало, вынужденное скрывать своё лицо за чёрной вуалью, чтобы ей дали спокойно ходить по улице. Для неё началась новая жизнь, жизнь невидимки, которая смотрит на мир, сама будучи оставаясь незамеченной. Впрочем, вскоре нашлись люди, которые обратили на неё внимание: в первую очередь, Её Величество Королева Бренди Александр – само воплощение женственности, моды и порочности, олицетворяющая собой всё то, что героиня потеряла, и его дружок, странный парень со странными замашками. И вот эта необычная троица колесит по просторам континента, со временем узнавая друг друга всё лучше… и ближе. И кто знает – может быть, героиня в конце концов поймёт, что не она одна в мире является невидимым монстром, что чудовища могут скрываться под куда более привлекательными обличьями…

Я могу понять возмущение литературных редакторов, которым Паланик гордо принёс своё детище. С непривычки этот роман действительно трудно воспринять. Последовательности событий как таковой тут нет – действие хаотично скачет по времени, освещая лишь отдельные эпизоды из жизни персонажей. Такой подход сюжетно оправдан, ибо позволяет автору представлять взору читателя лишь частности, скрывая общую панораму за нагромождением деталей – и лишь в финале книги гром грянет, потрясая нас страшными откровениями, подготовленными хитрым автором. Зная стилистику Паланика и его страсть к “неожиданным” поворотам сюжета, я смутно догадывался об истинной подоплеке происходящего, но автор меня переплюнул: в итоге оказалось, что я смог предугадать разве что треть финальных сюрпризов. Считается, что в “Бойцовском клубе” в конце книги идеально крутой разворот взгляда на события книги. Забудьте: по сравнению с “Невидимками” Тайлер Дёрден смотрится детским лепетом.

Если смотреть на книгу с точки зрения художественных особенностей, то никаких особых изысков тут нет: “Невидимки” – классическая книга “от Чака Паланика”. Гротескный, погрязающий в разврате и извращениях мир, картонно-красочные люди, искренне ненавидящие свои и чужие жизни, обрывочные абзацы, грязные истории, фокусы со временем повествования. Уже в первой своей книге автор обрёл собственный устоявшийся стиль. От книги к книги у него меняется лишь препарируемая тема: если в “Бойцовском клубе” это были проблемы общества потребления, то в “Невидимках” он углубляется вглубь личности отдельного человека, срывая с его лица покровы и с удовольствием находя там невидимого до поры до времени монстра.

Завершая тему человеческих чудовищ от мира литературы, на этот раз я коснусь не признанных шедевров вроде Парфюмера или Психоза, оказавших заметное влияние на современную культуру, а рядовое произведение в жанре “злой маньяк гонится за добрыми героями” – так сказать, не флагмана движения, а скромного труженика, который делает своё дело в тени более достойных сородичей по жанру. Это – триллер “Дорога в ночь” американского писателя Ричарда Лаймона, завоевавшего себе популярность именно такими историями.

На Лос-Анджелес наползает ночь. Самая обычная беспокойная ночь, наполненная огнями фар и вспышками неона. Но для кого-то, как в любом большом городе, эта ночь станет последней. На этот раз смерть приходит к несчастным не в обличье хулигана за углом или нелепой автокатастрофы – он является под юного маской безумца, обуреваемого ненасытным желанием насиловать и убивать. И вот – девушка по имени Шерри никак не может дождаться своего парня, который на пару минут вышел в соседний магазинчик. Проходит десять минут, двадцать, полчаса… час, а тьма за окном всё не хочет отпускать возлюбленного Шерри обратно. В конце концов, отчаявшись сидеть и томиться неизвестностью, девушка решает сама выйти во мрак вслед за исчезнувшим парнем, не подозревая, что эта страшная ночь растянется для неё надолго…

Стиль Лаймона лаконичен и деловит; в нём нет места длинным описаниям и размышлениям, большую часть повествования занимают диалоги персонажей. Причём эти разговоры воспринимаются легко и естественно. В целом манера письма весьма напоминает подростковые романы, где основа заключается в стремительном развитии сюжета и увлекательном действе, а не на художественных красотах текста. Смешение такого “детского” стиля и мрачных, кровавых событий, описываемых в книге, приводит к необычному эффекту противоречия в чувствах читателей.

Интересно, что изображая персонажей практически только через их диалоги, автор всё же добивается того, что они не выглядят плоскими картонными фигурами, а воспринимаются как настоящие люди, которым начинаешь сопереживать. Положительные герои действительно симпатичны, а злодеи вызывают искреннее отвращение. В романах данной категории это редкость, и, пожалуй, это качество можно назвать главным плюсом произведения.

В “Дороге в ночь” много сцен, которых можно отнести не то что к эротическим, а даже к порнографическим – как я узнал из других источников, у Лаймона вообще бзик на этой почве, и каждое второе его творение описывает похождения сексуального маньяка. Спасает книгу то, что эти сцены в большинстве случаев сюжетно оправданы и написаны с мастерством.

В рамках выбранного жанра “Дорога в ночь” – книга весьма достойная и читается очень хорошо. Ценители ужастиков, которых не заставишь содрогнуться излишне натуралистичными сценами, могут смело брать книгу с собой в самолёт или поезд, чтобы убить время. Остальным, увы, на этом поле ловить нечего.

Рецензия предыдущего автора рассказывала о монстре в облике человека Жане-Батисте Гренуе, который “родился” в мире современной литературы и затем “переселился” на киноэкраны. Продолжу эту линию и на сей раз заведу речь о повести Роберта Блоха “Психоз” (распространены также варианты переводов “Псих” и “Психо”), которая стала основой для знаменитого одноимённого фильма Альфреда Хичкока, признанного шедевром кинематографического искусства.

Роберт Блох – писатель с нестандартным творческим путём. Начал он как последователь Говарда Лавкрафта, они даже переписывались между собой и обменивались любезностями, вставляя друг друга в свои произведения. Однако со временем Блох стал отходить от канонов мэтра сверхъестественного ужаса, находя способы запугать людей вещами более приземленными, но оттого не менее жуткими. Впрочем, выбиться в лидеры жанра Блоху так и не удалось – на мой взгляд, для этого автору не хватило своеобразности: многие прочитанные мной рассказы Блоха в плане строения текста и сюжета выглядят блекло и невыразительно, несмотря на их увлекательность. И вряд ли сейчас о Блохе вспоминали бы часто, если бы не повесть “Психоз”, ставшая легендарной благодаря своей экранизации.

“Психоз” рассказывает о человеке по имени Норман Бэйтс, который на пару со своей старой матерью содержит маленький мотель в уединённом местечке недалеко от города. Дела у Бэйтса идут не очень хорошо: из-за переноса автострады поток клиентов идёт на спад, и полностью пустые номера в мотеле не новость. И без того невеселую жизнь Нормана ещё и портит больная немощная мать своими постоянными претензиями и обвинениями. Несмотря на то, что Норман – взрослый человек, он остаётся очень зависимым от истеричной матери и не может найти в себе силы переехать. Единственной его радостью в жизни остаётся чтение книг.

И вот однажды дождливым вечером в мотель приезжает постоялица, молодая девушка Мэри Крейн. Норман очень рад ей; в его жизни это один из немногих светлых моментов. Переборов неуверенность, он знакомится в девушкой чуть ближе, чем следовало бы обычному хозяину мотеля. Однако это вызывает взрывное недовольство матери Нормана, которая не хочет терять своё влияние на сына. Ревность матери столь сильна, что ночью она решается на убийство – и Норман, входя в номер Мэри, находит её изувеченный труп в ванной комнате. Норман понимает, что его давние подозрения о том, что у матери прогрессирующий психоз в тяжёлой форме, были не беспочвенны, но даже сейчас он не может решиться на то, чтобы разлучиться с матерью. Нет, любящий сын тщательно скроет следы преступления, спокойно встанет за стойку и приготовится всё отрицать, если в мотель придут люди, которые будут искать эту девушку – а они придут, и очень скоро, потому что не только у семьи Бэйтс имеются тёмные тайны, о которых никто не должен узнать…

Меня, привыкшего к “стерильности” стиля Блоха, повесть приятно удивила. Подача сюжета интересна – рассказ одновременно ведётся в двух плоскостях: мы видим происходящее то глазами Нормана, то глазами родственниц и друзей Мэри, которые пытаются её отыскать. Атмосфера в повести выстроена замечательно: с первой главы до последней сохраняётся тёмное безотчётное напряжение, свойственное произведениям с налётом истинной готики. Даже если читатель знает развязку этой истории по фильму Хичкока, ему есть чем поживиться в тексте. Прежде всего, тут хорошо и подробно выписаны сложные отношения матери и сына, а также внутреннее состояние самого Нормана, мечущегося от паники и смятения к твёрдой решимости, и наоборот. Другие персонажи, как Сэм Лумис и Лила Крейн, в фильме бывшие скорее статистами, нежели полноценными героями, тоже обретают собственное дыхание. В частности, на примере взаимоотношений “деревенского” Сэма и “городской” Лилы Блох касается темы влияния окружающей среды на личность и её установки.

В итоге мне стало понятно, что “Психоз” сам по себе, без оглядки на фильм, остаётся очень сильным произведением – несомненно, это одно из лучших творений Блоха. Построение всей интриги на психических отклонениях, надо полагать, было в момент написания весьма инновационным способом. Альфред Хичкок сам любил говорить: “Для того, чтобы сделать хорошее кино, нужно три вещи: сценарий, сценарий и ещё раз сценарий”, – а Роберт Блох предоставил для фильма отличный проработанный сценарий, обеспечивший львиную долю успеха экранизации. И мотель Бэйтс с его мрачными тайнами и зловещими обитателями вот уже полвека продолжает пугать читателей и зрителей…

Роман Патрика Зюскинда «Парфюмер» был опубликован более 30 лет назад, в 1985 году, и сразу же стал мировым бестселлером. Популярность его растет с каждым годом, и все большее количество читателей пополняет ряды фанатов «Истории одного убийцы».

Интрига сюжета начинается уже с самого начала повествования. Автор обещает поведать историю о гениальном и в то же время отвратительном человеке, ставя его в один ряд с маркизом де Садом и Наполеоном Бонапартом. И с первых же строк акцентирует внимание на «летучем царстве запахов», в котором и проявилась вся гениальность и отвратительность главного героя.

Действие романа происходит в Париже ХVIII века. Весь сюжет подчинен описанию рождения, жизни и смерти главного героя – Жана-Батиста Гренуя. Рожденный в «вонючем» Париже, безобразный и жалкий, брошенный матерью и отданный в приют, Гренуй имел странную особенность – он ничем не пах. Этот очевидный читателю контраст с описанием вони города уже вносит в восприятие текста некий диссонанс, интригует и вовлекает в дальнейшие перипетии сюжета.

Гренуй растет в нищете и одиночестве, помыкаемый и унижаемый всеми. Случайно он обнаруживает в себе особый дар – уникальное чувство обоняния и еще более уникальное умение коллекционировать запахи. Источниками для коллекции Гренуя были молодые красивые девушки, а заполучить их запах герой мог только одним способом – убив их.

Впрочем, «Парфюмер» – это не примитивный детектив, это скорее психологическая драма. Личная драма одинокого человека, превратившая его в настоящее чудовище. Собирая запахи из красоты и молодости убитых им девушек, Гренуй создает духи с совершенным ароматом. Они действуют на любого человека как дурман, наркотик, превращая его в раба. А хозяин таких духов отныне будет обладать абсолютной властью.

Но одиночество не исчезнет – Гренуй понимает это. Никто не оценит глубины его гениальности, и он будет вечно один. Конец жизни героя ужасен, и в то же время предсказуем: его, обрызганного божественными духами, в исступлении разрывает толпа нищих на кладбище. Власть и одиночество, гениальность и одержимость достигли своей вершины!

Несмотря на то, что в романе описывается Франция ХVIII века, впечатления того, что читаешь историческое произведение, не складывается. Сознательно ли Зюскинд не привязывал своего героя к описываемому времени или давал понять, что такие «герои» могли встретиться в любую эпоху, но аналогии литературных критиков заходят значительно дальше сравнений самого автора. Гренуя сравнивают и с тиранами ХХ века (Ленин, Сталин, Гитлер), результатами абсолютной власти которых стали миллионы человеческих смертей, и даже с самим Антихристом.

Меня же всегда больше интересовало мнение обычных читателей. И здесь я сталкивалась с парадоксом: одних герой восхищал, у других – вызывал откровенное отвращение. Что касается меня, то Гренуй на протяжении всего романа вызывал лишь одно чувство – жалость. Чем объяснить такую разницу в испытанных от прочтения эмоциях? Возможно, каждый из читателей бессознательно примерил судьбу главного героя на себя?..

Если искать аналоги в художественной литературе, то Зюскинд, конечно, не был оригинален. Подобные «гренуи» встречались и в «Малютке Цахесе» Гофмана, и в «Преступлении и наказании» Достоевского, и в работах Ницше. Но герой Зюскинда по-своему уникален в своей гениальности и ничтожности одновременно. Как, впрочем, каждый подобный герой – и в литературе, и в жизни.

Стиль романа поражает своим разнообразием. Здесь и романтические отступления, и откровенная сатира, и философский уклон, и капля фантастики, и жестокость реализма. Эта смесь творит настоящие чудеса, не позволяя привязывать произведение к какому-то определенному литературному течению. Впрочем, любители классификаций стандартно определяют его как постмодернистский роман, скорее всего из-за времени написания произведения.

«Парфюмер» читается быстро и легко, не оставляя равнодушным никого. Легкость пера, увлекательный сюжет, прекрасная стилистика текста – все это дает возможность полноценно насладиться вечером чтения книги «Парфюмер. История одного убийцы».

В своём труде Как писать книги Кинг признавался, что более всего ему нравятся сочинять произведения, которые выстроены на чисто ситуативной основе: автор в голове рисует какое-нибудь экстремальное (и явно нехорошее) положение, в которое попадает персонаж очередного романа. Потом автор берёт в руку перо без всяких раздумий и составления сюжетного плана, и – лети, воображение, вольной птичкой, выпекай нам новый бестселлер. Если так посмотреть, то “Мизери” – первый роман Кинга, который я прочитал в возрасте 13 лет – тоже относится к чисто ситуативным романам.

Слово misery в переводе с английского означает “несчастье”. Главный герой романа писатель Пол Шелдон сумел из этого слова, наоборот, выжать славу, почести и кучу денег. Мизери – имя главной героини в серии женских романов под авторством Шелдона. Романы разлетаются, как горячие пирожки, многие дамочки в разных уголках страны забываются над ними. Создаются фан-клубы Мизери, автору почтальон приносит мешки писем от благодарных читательниц… в общем, полный успех. Но Шелдону в конце концов его героиня начинает надоедать, и он решает покончить с ней раз и навсегда в традициях сэра Конан-Дойля. Новый роман “Сын Мизери”, только-только ушедший в печать, должен стать последним, ибо в финале главная героиня гибнет. Но в это время с Полом происходит несчастный случай, круто меняющий его жизнь: во время поездки в горы его автомобиль переворачивается, и писатель едва не умирает. От смерти его спасает Энни Уилкс – женщина, живущая в горах отшельницей. Искалеченный Пол приходит в себя в её доме вдали от всего, и Энни (бывшая в прошлом медсестрой-сиделкой) нежно за ним ухаживает. Но Пол вскоре узнаёт два обстоятельства, которые ему очень не нравятся. Во-первых, Энни оказывается горячей поклонницей романов Шелдона, и Мизери в её жизни превратилась в что-то большее, нежели героиня выдуманных историй; Энни считает себя “самой большой поклонницей” таланта Шелдона. И во-вторых: у Энни Уилкс с головой явно не всё в порядке…

Книга стала истинным потрясением для маленького мальчика из села, который до этого “питался” в основном старыми журналами “Пионер” и классиками, книги которых штабелями лежали в нашем амбаре. Я и не подозревал, что можно так писать. :) Угораздило попасть, что называется, с корабля на бал: как я убедился впоследствии, “Мизери” – одно из наиболее психологичных творений Стивена Кинга, в котором он так глубоко углубляется в человеческое сознание и его пороки, что не все мои друзья, которым нравится Кинг, смогли дочитать книгу. В сущности, в произведении размером в несколько сот страниц только два персонажа: Пол и Энни, причём главный герой прикован к постели и не может даже выйти из комнаты. Единственное, что ему остаётся делать – это мыслить и вспоминать, и читатель тоже должен кормиться именно таким винегретом. Поражённые болезнью построения разума Шелдона настолько правдоподобны, что не остаётся никаких сомнений в том, что книга во многом автобиографична. И правда, “Мизери” была написана в самый тёмный и беспросветный период жизни Кинга, когда он достиг “дна” в прогрессирующем алкоголизме и наркомании, и перед ним стоял выбор – выплывать обратно вверх или лишиться семьи, друзей… самого себя. В своих воспоминаниях Кинг отметил, что в его решении покончить с такой жизнью большую роль сыграли Энни и Мизери, ставшие символами зависимости человека от пороков и порождений собственного разума.

Я считаю “Мизери” одним из лучших романов Кинга – несмотря на то, что он воспринимается трудно. Сказывается, конечно, моё личное тёплое отношение, но и без этого роман весьма фактурен и своеобразен. Других книг Кинга, приблизившихся к планке “Мизери”, я не помню (разве что Игра Джералда пыталась сделать что-то подобное, но с гораздо меньшим успехом). “Мизери” – это путешествие в дебрях разума одного человека, встреча с его страхами и фантазиями, которые зачастую гротескно похожи на наши собственные. А ещё эта история напряжённой психологической борьбы, когда человек пытается сбросить оковы, душевные и физические, которые не дают ему вырваться на свободу. Удастся ли Полу Шелдону разбить африканского идола, поселившегося в его голове – узнаем в конце книги.

Десять негритят отправились обедать,
Один поперхнулся, их осталось девять.
Девять негритят, поев, клевали носом,
Один не смог проснуться, их осталось восемь…

Нет-нет, господа, не надо пугаться: я не собираюсь этой рецензией начать обзор всех трудов Агаты Кристи, количество коих исчисляется сотнями. :) Речь пойдёт только об одном классическом романе писательницы, ознакомиться с которым, на мой взгляд, должен каждый (да и сама Кристи считала его своим лучшим творением). Впрочем, я думаю, большинство и так знакомы с ним хотя бы по фильму Станислава Говорухина, в которой снимались Татьяна Друбич и Александр Абдулов. Великолепная экранизация в лучших традициях психологических триллеров вывела сюжет “Десяти негритят” в массы. И мало кто оставался равнодушным после просмотра картины.

Ситуация, от которой у любителей хороших детективов сразу начинает учащённо биться сердце: пустой остров, отрезанный от остального мира; большой таинственный дом со многими комнатами и тёмными коридорами; и десять совершенно незнакомых, непохожих друг на друга людей, которые приезжают в дом по приглашению хозяина Негритянского острова. Здесь их ждут уютная обстановка, вкусная пища, комфортные спальни. Но иллюзия завидного гостеприимства длится недолго. Скоро гости поймут, что оказались в ловушке, выстроенной больным воображением маньяка-убийцы. Капкан захлопнулся в тот момент, когда они ступили на каменистую землю острова. Убежать из острова невозможно, люди погружаются в пучину подозрений, страха и ужаса близкой смерти – и только зловещая детская считалка да фарфоровые фигурки в виде маленьких негритят спокойно ведут отсчёт до финала этой страшной игры…

Роман был издан в 1939 году. Даже не верится, что он написан так давно – кажется, что его вполне мог написать современный автор. Архаичный оттенок стиля почти незаметен, а даже если так, то это легко теряется за увлекательностью чтения. Концептуальные элементы книги – изолированное место действия, изощрённые способы убийств, страхи из разряда “Он среди нас!” – не являлись чем-то новым в момент написания романа. Революционными стали именно отточенные до совершенства элементы триллера: жуткий детский стишок, превратившийся в список смертников, загадочно исчезающие фигурки, а главное, поразительно глубоко и достоверно проработанные психологические портреты персонажей. Всё это вкупе со специфической стилистикой создавало дух мистики и апокалипсиса, царящий над Негритянским островом.

Вообще, “Десять негритят” уклоняется в сторону мистики и даже хоррора так далеко, насколько это вообще возможно в рамках классического детектива. Здесь не расследования Эркюля Пуаро или Шерлока Холмса, где фигуры гениальных сыщиков успокаивают читателя, какая бы чертовщина кругом не происходила: мы-то знаем, что в итоге всё будет высчитано, раскрыто и разжевано нам, непонятливым, лучшим образом. “Десять негритят”, наоборот, сплошь состоит из недомолвок и полутеней. Даже когда перевёрнута последняя страница и все тайны острова раскрыты, остаётся ощущение, что далеко не всё, что происходило с персонажами, можно объяснить причинами из мира сего.

Кстати, за рубежом в целях политкорректности все новые издания романа выходят под заголовком “… И никого не стало” (… And Then There Were None), а все упоминания негритят в тексте заменены на маленьких индейцев, даже остров стал именоваться Индейским. Одной из немногих стран, где “Десять негритят” до сих пор выходят под оригинальным названием, является Россия. Мелочь, а приятно. :)

Наверное, этот фильм у большинства из нас был одним из лучших впечатлений детства. Динозавры! Как живые! Остров! Приключения! Погони! Стрельба!.. Стивен Спилберг, находящийся на пике своей творческой деятельности, снял истинный шедевр, который не перестаёт потрясать воображение по сию пору. Остров Нублар, где раскинулся самый удивительный и самый опасный парк всех времён и народов, заставлял поверить в свою реальность, будоражил фантазию. И как-то терялся на фоне красочных чудес тот факт, что придумали этот парк вовсе не создатели фильма, а совсем другой человек – писатель-фантаст Майкл Крайтон (к сожалению, не так давно ушедший от нас в мир иной), который тремя годами ранее выпустил объёмный научно-фантастический роман.

Завязка сюжета не сильно отличается от фильма. Компания “ИнГен”, которой владеет пожилой магнат Джон Хэммонд, проводит революционные исследования, позволяющие восстановить ДНК рептилий, обитавших на планете миллионы лет назад. Хэммонд решает открыть на тропическом острове Нублар грандиозный парк развлечений, где богатые клиенты будут тешиться, наблюдая за динозаврами. В качестве “пробной партии” гостей он приглашает во вновь открывшийся Парк юрского периода специалистов-учёных. Среди них палеонтологи Алан Грант и Элли Саттлер, математик Ян Малкольм, и ещё два ребёнка – внук и внучка Хэммонда. Несмотря на сказочную красоту, у учёных парк особого восторга не вызывает – они предупреждают Хэммонда об опасностях, связанных с содержанием такого заведения, но магнат в предвкушении баснословных барышей не желает к ним прислушиваться. Ему кажется, что он предусмотрел всё до мельчайших деталей, но очень скоро становится ясно, что это не так: в результате череды непредвиденных происшествий система безопасности парка перестаёт работать, и древние хищники вырываются на свободу…

Книга действительно получилась толстой и несколько академичной, в отличие от насыщенного действием фильма. Тут стоит отметить, что Крайтон считается родоначальником особого литературного жанра, называемого “технотриллером”. Начиная со своего дебютного романа Штамм “Андромеда” он пишет научно-фантастические произведения, дотошно, со всеми техническими подробностями, описывающие опасности, которыми сопряжено необдуманное внедрение новых технологий. При этом сюжеты книг Крайтона зачастую похожи на сценарии фильмов ужасов – собственно, тот самый технотриллер и получается. Этим объясняется пугающе большое количество страниц. Если в фильме процесс восстановления ДНК динозавров описали парой невнятных фраз, то в романе это занимает добрых несколько десятков страниц. Кое-кто может заскучать, но более-менее искушённый в таких вещах читатель несомненно получит удовольствие. Например, как вам такой сюрприз: на самом деле образец ДНК был сильно повреждён, поэтому в “ИнГен” заполняли повреждённые участки практически случайным набором генов – получается, в “Парке юрского периода” обитали далеко не те существа, которые когда-то прогуливались по Земле! Это, конечно, не преминули заметить Грант и Саттлер, но Хэммонд просто отмахнулся: детишкам-то большой разницы нет…

Если даже отвлечься от стилистики, то между фильмом и книгой всё равно имеются серьёзные расхождения. Прежде всего это касается характеров персонажей. У Крайтона каждый герой подробно прописан вместе с биографией, но психология у всех одна общая… типизированная, что ли. Во время чтения это особенно на себя внимания не обращает, но кинематографу, конечно, нужны были более яркие краски. Поэтому готовьтесь узнать, что доктор Грант не так уж ненавидит детей, Джон Хэммонд далеко не добрый дедушка, а от “киношной” комичности и жизнерадостности Яна Малкольма ничего не осталось. Кругом серьёзные люди с серьёзными мыслями, и даже у малышей голова варит не по-детски основательно. Хорошо это или плохо – каждый решит сам.

Ближе к финалу события книги уже окончательно говорят “прости” фильму, и тут читателя ждёт много разного рода неожиданностей. Не буду рассказывать, чтобы не портить впечатление тем, кто книгу ещё не читал, но скажу одно: если бы в нашем любимом фильме всё шло строго по канонам книги, то у входа в кинотеатр детям и женщинам нужно было бы выдавать по носовому платку, а лучше – по две. :)

Не скажу, что книга-первоисточник затмила для меня фильм Спилберга. Всё-таки фильм в итоге действует гораздо сильнее. Но и книга по-своему замечательна. Умное, философское, и вместе с тем увлекательное и напряжённое чтение, раскрывающее известную всем историю с новых граней.

Рэй Брэдбери – очень милый старичок. Человек, который напоил весь мир вином из одуванчиков и в век лязгающего железа и клубов фабричного дыма вновь заставил нас поверить в торжество добра. Он утверждает, что можно жить вечно, питает безграничную надежду на гений человеческого разума и призывает всех не останавливаться на достигнутом, покорять новые вершины – помнить, что “Р” значит ракета, а “К” значит космос. Добрейшей души человек, в чьих произведениях обычно холодный и жестокий мир расцветает тёплыми красками.

Да, большинство знает Брэдбери именно таким. И это замечательно. Но те, кто знакомы с творчеством мастера не только из сборников классической фантастики и романтической прозы, знают то, отчего другие раскрыли бы рты.

Например, Рэй Брэдбери помнит с кинематографичной точностью всю свою жизнь с самого момента рождения… а может, даже чуть раньше. Этот жутковатый факт становится ещё более страшным, если прочитать его рассказ “Маленький убийца”, где рассказывается о том, как НА САМОМ ДЕЛЕ новорождённые младенцы относятся к новому для себя миру и тем, кто подарил им жизнь.

Вот ещё малоизвестный факт – великий романтик начинал свою карьеру вовсе не в качестве фантаста. Нет, первая его книга была сборником рассказов ужасов – очень необычных и тёмных рассказов ужасов, не похожих ни на что другое. Сборник был озаглавлен “Тёмный карнавал”.

Страшные, гротескные и искажённые образы населяли эти рассказы. Маньяки, чинно обедающие за столом вместе с только что убитой ими семьёй, и глумящиеся немыслимыми образами над трупами в кладбище. Вампиры, рыщущие по ночам в городе в поисках очередной жертвы. Странные люди, которые испытывали внезапный панический страх перед собственным скелетом и пытались от него избавиться… или идущие сквозь тьму к своему погибшему возлюбленному в бурлящие глубины городского стока. Смертоносные предметы – банка с непонятным, но очень-очень жутким содержимым и коса, один взмах которого уносит десятки жизней. И ещё многие порождения буйной фантазии, которые способны напугать по-настоящему.

Кто-то удивится, но именно на страницах “Тёмного карнавала” впервые появилась загадочная Семья – ведьма Сеси, крылатый дядюшка Эйнар и мальчик Тимоти (через полвека Брэдбери объединит все истории о них в роман Из праха восставшие). Но в отличие от, например, “Апрельского колдовства”, оставляющего после чтения светлую тоску, рассказ “Странница” из сборника вызывает в основном страх перед необычными способностями юной ведьмы, безжалостно терроризирующей неугодного ей родственника.

Пожалуй, “Тёмный карнавал” – самое подходящее название для этой книги. Калейдоскоп историй действительно напоминает карнавал, к образу которого Брэдбери потом не раз вернётся в своих более известных произведениях, не относящихся к “ужастикам”. Впрочем, до конца этот жанр он так и не оставит – и в последних сборниках автора можно найти такие вызывающе дрожь истории, как “Земля на вывоз” о похороненных заживо, и “Звери” – о зверях в человеческом обличье. Все те, кто хотят узнать новые грани творчества Брэдбери, или просто ценители хороших страшных историй – добро пожаловать на тёмный карнавал, представление начинается!..