Живая книга

Роман-сказка, роман-метафора, роман-аллегория, роман-сага – как только не называли произведение Габриэля Гарсии Маркеса «Сто лет одиночества» критики. Роман, вышедший чуть более полувека назад, стал одним из самых читаемых произведений ХХ века.

На протяжении всего романа Маркес описывает историю маленького городка Макондо. Как оказалось впоследствии, такой поселок существует на самом деле – в глуши тропической Колумбии, недалеко от родины самого писателя. И все же с подачи Маркеса это название навсегда станет ассоциироваться не с географическим объектом, а с символом города-сказки, города-мифа, города, где навсегда останутся живы традиции, обычаи, истории из далекого детства писателя.

Действительно, весь роман пропитан какой-то глубокой теплотой и симпатией писателя ко всему изображаемому: городку, его жителям, их обычным повседневным заботам. Да и сам Маркес не единожды признавался, что «Сто лет одиночества» — роман, посвященный его воспоминаниям из детства.

Со страниц произведения пришли к читателю сказки бабушки писателя, легенды и рассказы его деда. Часто читателя не покидает ощущение, что рассказ ведется от лица ребенка, который подмечает все мелочи жизни городка, пристально наблюдает за его жителями и рассказывает об этом нам совершенно по-детски: просто, искренне, без каких-либо прикрас.

И все же «Сто лет одиночества» — это не просто роман-сказка о Макондо глазами его маленького жителя. В романе четко отображается почти столетняя история всей Колумбии (40-е гг. ХІХ века – 3-е гг. ХХ века). Это было время значительных социальных потрясений в стране: череда гражданских войн, вмешательство в размеренную жизнь Колумбии банановой компании из Северной Америки. Обо всем этом маленький Габриэль когда-то узнал от своего деда.

Так и вплетаются в канву истории целых шесть поколений рода Буэндиа. Каждый герой – отдельный характер, представляющий особый интерес для читателя. Лично мне не понравилось наделение героев наследственными именами. Несмотря на то, что это действительно принято в Колумбии, подчас возникающая путаница откровенно раздражает.

Роман богат лирическими отступлениями, внутренними монологами героев. Жизнь каждого из них, являясь неотъемлемой частью жизни городка, в то же время максимально индивидуализирована. Насыщено полотно романа всевозможными сказочными и мифическими сюжетами, духом поэзии, иронией всех видов (от доброго юмора до въедливого сарказма). Характерной чертой произведения является практическое отсутствие больших диалогов, что, по моему мнению, значительно осложняет его восприятие и делает несколько «неживым».

Особое внимание уделяет Маркес описанию того, как исторические события меняют человеческую сущность, мировоззрение, нарушают привычный мирный ход жизни маленького городка Макондо.

Конец романа поистине библейский. Борьба жителей Мокондо с силами природы проиграна, джунгли наступают, а дождевой потоп повергает людей в пучину. Удивляет, однако, какой-то «куцый» конец романа, произведение словно обрывается, его финал заключен в тесные рамки нескольких абзацев. Далеко не каждый читатель сможет понять глубинную суть, вложенную в эти строки.

Да и критики романа совершенно по-разному подходили к ее трактовке. Недаром автор, говоря об идее романа, печалился, что многие так и не поняли ее. Своим произведением Маркес хотел подчеркнуть, что одиночество – антипод солидарности, и человечество погибнет, если не будет существовать некая духовная общность, единая мораль.

Тем не менее, роман до сих пор входит в десятку самых популярных произведений прошлого столетия. Думаю, каждый находит в нем что-то свое, порой необъяснимое словами. Да и темы, поднимаемые автором, никого не могут оставить равнодушным: родственные отношения, вопросы морали и нравственности, война и мир, такое естественное желание людей жить в гармонии с собой и окружающим миром, разрушающая сила безделья, развращенности, замкнутости в самом себе.

Что касается лично моего восприятия романа, то я не отношусь к армии поклонников «Ста лет одиночества». На недочеты произведения (по моему скромному мнению, конечно) я уже указала. Роман читается тяжеловато именно из-за повествовательного характера, его «сухость» за счет отсутствия большого количества диалогов очевидна. Впрочем, логика ясна – какие диалоги в произведении с таким названием? Да и концовка удивляет и оставляет неизгладимое чувство какой-то незавершенности.

Вывод: читайте роман, знакомьтесь с его героями, определяйтесь, становиться ли поклонником «Ста лет одиночества» или нет. В любом случае, время, проведенное за чтением этого произведения, не пройдет для вас даром – это я точно могу гарантировать.

В конце 18 века двадцатилетняя дочь пастора из Гемпшира начала писать свой новый роман «Первые впечатления». Имя этой девушки было Джейн Остин. А роман, вышедший в свет лишь спустя 17 лет под новым названием «Гордость и предубеждение», позднее стал одним из самых известных произведений в английской и мировой литературе.

Девушка из Гемпшира отличалась трезвым умом и насмешливым нравом. Ей казались неправдоподобными нагромождения бед и призраков, а также бури страстей, которые господствовали в романтической литературе того времени. А морализаторские романы середины 18 века казались ей просто устаревшими и смешными. Видимо, по велению души она стала писать лишь о том, что ей было известно: о скромной деревенской жизни с редкими праздниками и скучными буднями, немногочисленными обитателями и редкими гостями, чей приезд всегда был событием. Зоркие глаза Джейн Остин видели, что за устоявшейся провинциальной жизнью, подчиненной незыблемым правилам этикета и жесткой морали, скрываются многие конфликты, а иногда и настоящие драмы.

Этим принципам она следует и в самом известном своем романе. Можно сказать, что в нем говорится о большой семье небогатого помещика, насчитывающей пять дочерей на выданье. О переполохе, вызванном в устоявшейся деревенской жизни, приездом двух молодых людей, потенциальных женихов. Визиты, балы, уловки матери – все это находит отражение в романе.

Но можно сказать, что роман и о другом. Он о душах главных героев, которые проходят к любви, отбросив гордость (не забудем, что в христианстве гордыня – это один из смертных грехов) и предубеждение.

Первая встреча героев. Приезжему аристократу Дарси смешно безыскусное деревенское общество. И на предложение потанцевать с одной из деревенских барышень он отвечает пренебрежительным отказом. Гордость же Элизабет, случайно услышавшей слова Дарси, страдает. После его слов она начинает с предубеждением относиться ко всем его словам и поступкам. А душу Дарси постепенно охватывает любовное чувство, которому он противится изо всех сил. Но не в силах противостоять, он признается в любви Элизабет. Сцена его объяснения с девушкой одна из сильнейших сцен в романе. В ней Джейн Остин тончайше передала любовь, вопреки рассудку, вопреки предубеждениям, недоумение Дарси из-за этого чувства, его трезвый взгляд на Элизабет и ее семью, и, тем не менее, любовь. Его признание перемешано с горечью, признаваясь в любви, он говорит, что не должен был любить.

Ничего удивительного, что Дарси получает решительный отказ, мало того, Элизабет обвиняет его и в неблаговидных поступках. И лишь впоследствии она понимает, что часть ее обвинений были вызваны клеветой их общего знакомого Уикхема.

Читая эту книгу я задумывалась, чем же привлекла гордого родового аристократа провинциальная девушка? Естественностью, гармоничностью своей натуры и живостью нрава. Видимо, этих качеств не хватало ему в привычном кругу.

А Элизабет преодолела свои предубеждения, встретивши Дарси в его родовом поместьи Пемберли. Там она узнала нового Дарси, о котором слуги говорили, как о самом лучшем в мире человеке. Очевидно, что и он обладает живой душой. Но в силу воспитания и принятых в обществе взглядов, он надел на себя маску гордого аристократа, и только любовь к Элизабет помогла ее снять.

Но параллельно изображая светское и деревенское общество, писательница показывает, что не так уж высший свет отличается от провинциального.

Младшая сестра главной героини легкомысленная Лидия, покрыла себя позором, сбежав с коварным Уикхемом. Но и аристократка Джорджиана едва не совершила тот же опрометчивый поступок. А Дарси, из-за предрассудков не пожелав огласки, способствовал безнаказанности Уикхема.

Бестактна мать Элизабет, весь ум которой занимает лишь мысли о будущем замужестве дочерей. Но также бестактна и леди Кэтрин, тетка Дарси, считающая, что в силу своего положения весь мир обязан повиноваться ее приказаниям.

Череда второстепенных персонажей под искусной рукой мисс Остин превращается в выразительнейшие фигуры, запоминается каждый образ ее романа. Сестры героини: занятая постоянным самоусовершенствованием (говоря современным языком, просто занудная) Мэри, бесхарактерная Китти, легкомысленная Лидия, застенчивая аристократка, сестра Дарси, Джорджиана. Мистер Беннет, прячущийся от забот в библиотеку, кузен Элизабет — Коллинз, чье имя стало в английском языке нарицательным синонимом высокопарного послания, и, наконец, Уикхем, любезная внешность которого скрывала подлую сущность, всех их отличает и характер и речь.

Роман этот принадлежит к числу моих любимейших произведений. Для меня он стал своего рода эталоном. Чистота и изящество стиля, яркость и живость характеристик, тонкое понимание душевной жизни, индивидуальность, четкость композиции, особенности языка каждого персонажа, все это сочетание создает на редкость целостную гармоничную картину. Дарси и Элизабет невозможно представить себе как исторических персонажей, они воспринимаются как наши современники. Читая этот удивительный роман, я заглядываю в себя и учусь «читать по сердцам» и проверять чувства рассудком.

Часто романы Джейн Остин считают «женской» литературой. Как лучший образец жанра, возможно, так как главные ее героини – всегда женщины, в центре — любовная история, роднит ее с женской литературой и внимание к деталям. Но, конечно, к любовным романам, заполонившим полки, произведения писательницы не причислишь. Для этого они слишком сложны и многозначны, несмотря на кажущуюся простоту.

Тончайшим психологизмом и насмешливым реализмом Джейн Остин намного опередила свое время и навечно осталась в истории мировой литературы.

Айзек Азимов, несомненно, один из самых выдающихся писателей ХХ столетия. Об этом говорит хотя бы то, что одно упоминание его фамилии порождает в голове устойчивые ассоциации. Первое слово, которое приходит на ум, конечно же, «робот». Никому другому механические люди не обязаны своей популярностью в такой мере, как Азимову. Именно он превратил их из тупых безмозглых рабов человека в утонченных, сложных и даже опасных для своего создателя существ. Придуманные им три закона робототехники сегодня всерьёз претендуют на то, чтобы по-настоящему стать основой электронной морали. Ну а второе слово, навечно связанное с Азимовым, придумал сам писатель — «психоистория». Загадочная наука, предсказывающая будущее с математической точностью на основе строгих научных методов, из цикла романов «Академия» (другие варианты перевода — «Основание», «Основатели», «Фонд»). Цикл был признан в своё время лучшим научно-фантастическим книжным сериалом всех времён и народов.

Первая книга серии по общепризнанному мнению является лучшей. Именно здесь мы знакомимся с гениальным учёным-математиком Гэри Селдоном, заложившим основы новой науки под названием «психоистория». Но возрадоваться плодам своих трудов Селдону очень уж мешают выводы, которые он получил, применяя новую науку к окружающей его действительности. Если расчёты Селдона верны, то выходит, что могущественная Галактическая Империя с квадриллионами живых существ, населяющих её, стремительно катится к масштабнейшему кризису, который предотвратить уже невозможно. Империю ждут кровопролитные войны, экономический и социально-политический крах, возврат к раздробленности и тысячи лет хаоса и беспорядка. Ужаснувшись своему открытию, Селдон принимает грандиозное по задумке решение: раз уж он не в силах предотвратить катастрофу, то, по крайней мере, попытается сократить её масштабы, уменьшить срок хаоса, который будет царить в Империи. С этой целью учёный добивается того, что в отдалённый уголок Галактики, на планету Терминус, посылается группа людей, основывающая так называемую Академию — небольшое учреждение-поселение с чисто научными целями, которое, тем не менее, должно стать в будущем тем зачатком, из которого вырастет Вторая Империя, куда сильнее и могущественнее Первой Империи…

Масштабы «Академии» поражают воображение: автор оперирует настолько масштабными величинами, что у человека, не привыкшего к игрищам классиков научной фантастики, может захватить дух. Время скачет вперёд десятилетиями и веками. Герои перекраивают весь ход человеческой цивилизации, меняя судьбы даже не миллиардов — квадриллионов людей. Войны сотрясают целые галактические сектора, расстояния между которыми измеряются в световых годах и парсеках. И тем не менее за этой гигантской панорамой не теряются образы главных персонажей книги — они прописаны очень живо и убедительно, им начинаешь сопереживать с первых же страниц знакомства. Великий учёный Гэри Селдон, даже после смерти держащий в немощной руке будущее Галактики, дипломатичный и хитроумный первый мэр Академии Сальвор Гардин с его отвращением к насилию, меркантильный торговец Хобер Мэллоу, чья жажда наживы становится спасением Академии — все они могли бы жить и в наше время. Эти люди вершат судьбу человечества, но Азимову, как всегда, удаётся передать масштаб, не выходя за рамки достаточно локального места и времени действия.

Отличительная особенность «Академии» — отсутствие какого-либо одного главного персонажа как такового. По сути, это не роман, а сборник новелл со сквозным сюжетом (кстати, изначально произведение так и публиковалось по частям в журнале). Каждая новелла повествует об очередном временном отрезке, когда перед Академией маячит новый кризис, и нужно изыскать средства его преодоления. И каждый раз читатель знакомится с совершенно новыми для него действующими лицами и новой обстановкой. Всё это очень интересно и увлекательно: не зря ведь автор перед началом работы над «Академией» основательно проштудировал историю взлёта и падения Римской империи.

Разумеется, по сегодняшним меркам цикл «Академия» смотрится немного архаично, особенно первая книга с устаревшим постулатом анализа цивилизации методами математической статистики (уже во второй книге цикла сам писатель фактически опроверг этот тезис). Но талантливые творения, как известно, не теряют своей актуальности. Читая «Академию», поневоле проводишь параллели с сегодняшней реальностью. Тут можно упомянуть тот любимый журналистами факт, что большим фанатом цикла «Академия» является небезызвестный террорист Усама бен Ладен, и даже название его организации «Аль-Каида» переводится на английский как Foundation, то есть «Академия». Что ж, во всяком случае, влияние книги на умы до сих пор велико — неплохо для произведения, написанного более половины столетия назад. И будьте уверены — если уж книга «пойдёт» и вы прочтёте её до конца, то вас уже ничто не спасёт и вы не остановитесь, пока не прочитаете весь цикл.

Поэма Гете «Фауст» написанная в ХVІІІ веке, до сих пор поражает читателя глубиной раскрытия вечных тем, волнующих все человечество. Борьба добра и зла; познание смысла жизни на земле; признание человека высшим творением Бога, способным творить и быть счастливым от этого.

Образ Фауста не единожды появлялся в произведениях мировой литературы. Историческая личность, он жил в ХVІ веке и был ученым-чернокнижником, отрицавшим науку и религию и продавшим свою душу дьяволу. Но только благодаря гению Гете этот герой стал известен всему миру как воплощение неограниченных возможностей человечества, его творческого потенциала и вечного духа поиска.

Вся поэма по сути является неким диалогом в действии между двумя противоположными по мировоззрению персонажами: Фаустом и Мефистофелем. Фауст, проживший долгую жизнь, обладающий глубокими знаниями, но так и не понявший истину человеческого бытия, и Мефистофель, уверенный в том, что мир всегда будет несовершенен, а человек – никчемен перед этим несовершенством. Вечно неудовлетворенный и ищущий Фауст – и уравновешенный, рассудительный Мефистофель. Полный страстей и эмоций ученый – и Сатана, напрочь лишенный какого-либо их проявления. Стремление к познанию смысла жизни, предназначения человека на земле Фауста противоположно жалости Мефистофеля к людям, его иронии над их жалкими потугами исправить этот мир.

Мефистофель Гете – не злобный черт, каким привыкли видеть этого персонажа читатели. В его уста писатель нередко вкладывает горькие слова истины. И часто становится непонятно, кому симпатизирует автор – ученому или черту, он скорее наблюдает за их полемикой. Многие исследователи считают (и я разделяю их точку зрения), что именно образ Мефистофеля Гете стал прообразом небезызвестного булгаковского Воланда. А особая симпатия автора к «Фаусту» служит еще одним подтверждением этому. Впрочем, вернемся к Гете.

Разочарованному в совершенстве мира и людях Мефистофелю остается лишь играть с человеком, и он заключает пари с самим Господом, выбрав в качестве объекта спора Фауста. Мефистофель уверен, что знает все о человеческих страстях и наверняка сможет предложить Фаусту то, что заставит ученого воскликнуть: «Остановись, мгновенье, ты прекрасно!». В этот же момент, согласно условиям пари, душа Фауста должна попасть в Ад.

С этого и начинается своеобразное путешествие героев: сначала в обыденной жизни немецкого общества, затем – во временных пространствах. Мефистофель пытается соблазнить Фауста вечной молодостью, деньгами, любовью, властью, силой красоты… Иногда Фауст почти чувствует себя счастливым, но это ощущение лопается, как мыльный пузырь: соблазненная им Маргарита погибает; умирает и сын Фауста и Елены Прекрасной – Евфорион – а с ним исчезает и сама возлюбленная ученого.

Наконец Фауст приходит к истине и выясняет, что смысл жизни человека – созидать, творить, жить и трудиться на благо людям, принося им пользу, борясь за счастливое будущее человечества. Во время построения им нового города, ослепленный физически и прозревший духовно, Фауст произносит заветные слова. Но Мефистофель не выигрывает пари – силы Рая не дают ему забрать душу ученого в Ад. Человеческий разум, вопреки трактовке Мефистофеля о том, что это и есть причина всех человеческих страданий, восторжествовал и празднует свой триумф. И все же впечатления утопии у читателя не складывается, физическая слепота главного героя явно указывает на то, что в реальной жизни такого счастливого конца может и не быть.

Передать всю глубину смысла поэмы «Фауст» на словах просто невозможно. Это произведение нужно читать и перечитывать, с каждым прочтением открывая для себя что-то новое. Отмечу только, что человек, взявший в руки это произведение, должен быть достаточно опытным читателем и понимать, что «Фауст» — не развлекательное чтиво, которым можно просто скрасить часы отдыха. Это глубоко философская поэма, заставляющая думать, делать выводы, учиться и даже менять что-то в своем мировоззрении.

«Фауст» — из тех произведений, которые обязательно стоит прочесть каждому человеку. И не стоит сомневаться, глядя на время написания поэмы, – она относится к вечным творениям, актуальным во все времена.

Произведения Сергея Лукьяненко можно условно разделить на три части — чисто фэнтезийные (недавний роман автора Недотёпа является типичным представителем этого направления), космические оперы по типу «Звёздных войн» (такие, как Звёзды — холодные игрушки) и «мягкая» (даже где-то бытовая) фантастика, мир в которой по большей части очень похож на нашу собственную до боли знакомую реальность (Черновик). Причём самые известные и удачные свои вещи автор написал именно в последнем жанре. Если рассматривать «Конкуренты» с этой точки зрения, то книга является синтезом второго и третьего направлений: с одной стороны, главный герой живёт и работает в современной России, будучи обычным представителем нашего общества… а с другой стороны — в это же время его двойник на орбитах далёких звёзд летает на звездолёте, мимолётом сокрушая «чужих» в яростных боях.

Московский журналист Валентин, заинтересовавшись случайным объявлением на автобусной остановке, попадает в очень необычную ситуацию. Приходя в офис агентства «Звёздный час», вербующего игроков-«космических пилотов» в Интернет-игру Starquake, он, вопреки ожиданиям, оказывается не за компьютерной клавиатурой перед мерцающим монитором, а… на самой настоящей космической станции глубоко в просторах Вселенной. Правда, собраты по несчастью, прибывшие на станцию до Валентина, объясняют ему, что он — всего лишь копия, «клон» настоящего Валентина, который остался в Москве дальше зарабатывать на жизнь сочинением статей. Но журналиста это утешает мало, тем более что судьба моментально бросает его в самую гущу лихих событий, происходящих на станции. Миг — и он уже за штурвалом космического корабля, мчащегося в открытом космосе под обстрелом, миг — и он сражается с таинственными инопланетянами, атакующими станцию людей. Правда, вся эта прелесть — космос, корабли, сражения, даже звёзды, — на взгляд Валентина, выглядит слишком уж простенько и ненатурально. Как в компьютерной игре. И пока сомнения новоиспечённого космического бойца растут, далеко на планете Земля его двойник-журналист начинает опасное расследование, пытаясь подступиться к истине с другого конца…

Роман интересен прежде своей «параллельно-спиральной» структурой, согласно которой события развиваются одновременно на Земле и в космосе, причём и там, и там действует одно и то же лицо — Валентин. Такой приём позволяет автору показывать разницу в мыслях и поведении двух, в общем-то, абсолютно одинаковых людей, попадающих в различные ситуации. По ходу ознакомления с книгой заметно, как Валентин-«Катран» в космосе, попадая в острые ситуации, быстро начинает существенно отличаться от своего аналога на Земле — в его действиях прорезывается больше решимости, уверенности, мужества. «Настоящий» Валентин в Москве тоже обладает этими качествами, но они почти никак не проявляют себя — журналист знай себе слоняется по редакциям, раздумывает и ленится, — пока и на Земле ситуация не начинает приобретать угрожающий характер. Интересно сравнивать во время чтения этих двух персонажей (да и не только их — благо «клонов», единых в двух обличьях, в книге хватает) и находить подтверждение давнего завета экзистенциалистов о том, как важна для формирования личности человека роль окружения, в котором он обитает.

Что касается мира романа, то здесь нужно отметить, что «Конкуренты» фактически является новелизацией компьютерной игры. Сами персонажи во всём протяжении книги терзаются догадками, настоящий ли это космос или они попали каким-то образом внутрь компьютерной игры. Поэтому далёкий космос в книге тоже представлен нарочито игрушечно — все детали и шероховатости сознательно нивелированы, и более-менее достоверного объяснения «физической» подоплеки этого мира читатель не дождётся. Любителей старой доброй «жёсткой» научной фантастики это может разочаровать, но во мне такое отстранение от деталей никакого неудовольствия не вызвало: в конце концов, это одно из требований сюжета к тексту. Самое любопытное кроется в другом: вся эта «игрушечность», вообще говоря, не сильно отличает мир «Конкурентов» от мира остальных космических опер писателя. Космос у Лукьяненко всегда выглядел по аркадным канонам «Звёздных войн», на которых выросло его поколение мальчишек, так что «Конкуренты» для автора в каком-то роде возврат к истокам, пусть и под несколько другим углом. Поэтому видно, что текст писался легко и с удовольствием — и так же он воспринимается любителями фантастики. Книга очень качественная и динамичная — да и вообще, не каждый день в век победившего фэнтези удаётся прочитать хорошую космическую оперу от именитого автора.

Говорят, в литературе существует всего 36 сюжетов. Драматург Ж. Польти в начале XX века обозначил их и закрыл якобы тему. Но писатели продолжают удивлять нас своими находками, перебирая, как бисер, эти понятия. Производя яркую диффузию между внезапным счастьем и соперничеством неравных, безумием и фатальной неосторожностью, судебной ошибкой и жертвой безмерной радости. Нового ничего, но можно написать старые истории с новой точки зрения, можно взглянуть на банальность с новой стороны и открыть ее для себя заново как новую истину. Можно в описании давно избитой истории использовать новые придумки, и тогда эта история засверкает новыми гранями, повернется к нам самой лучшей своей стороной. Эти истории намного более поучительны, потому как заставляют нас приглядываться к широко известным истинам, которые мы давно уже перестали замечать.

«Бумеранг. Надежда возвращается» Евы Ланска – именно такое произведение, которому удалось заставить читателя задуматься над простыми, в сущности, вещами. Несмотря на кажущуюся простоту сюжета (девушка Лера едет «покорять» Москву) в данном романе переплетается множество сюжетных линий, плавно перетекающих одна в другую.

Впервые мы видим Леру, сидящую в камере, и обвиняемую в убийстве своего любовника. У нее есть лишь двое суток, чтобы доказать свою невиновность. И она начинает вспоминать, когда где она ошиблась, когда сделала неправильный шаг, где сделала неправильный выбор, как все можно исправить. И мы вместе с ней путешествуем по глубинам ее памяти, постепенно узнавая ее, начиная от маленькой девочки, которая любила мягкие игрушки и всем своим знакомым придумывала прозвища, и, заканчивая уверенной в себе, преуспевающей женщиной, которая воплотила свою мечту в жизнь.

Лера – натура высокотворческая, она умеет чувствовать прекрасное, и, возможно, не случайно ее жизнь связана именно с изобразительным искусством. Будучи еще маленькой девочкой, Валерия любила смотреть на картины в календаре, которые изображали молодую девушку, которая кормит грудью старика. И эти картины будут сопровождать ее снова и снова. Сейчас Лера галеристка, помощница известного в узких кругах коллекционера, она пробилась в тот круг, о котором мечтала с детства, она окружена художниками, коллекционерами, картинами. Прочитав данный роман, вы узнаете много нового о живописи, о художественном бизнесе, услышите много фамилий знаменитых художников – в общем, образуетесь «по-полной».

Читается «Бумеранг» на одном дыхании и после прочтения остается ощущение некой недосказанности, когда есть еще над чем подумать. Например, о том, что «на дне» человек более всего подвержен судьбе, тогда как на вершине – он полный хозяин своей свободной воли.

Может, это все же новый, 37-й сюжет, под названием «победа над судьбой»?

Роман Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» — известнейшее произведение автора, оно по праву относится к классике русской литературы. В нем отражается многогранность души, показана сущность человеческой натуры во всех ее проявлениях. Особенностью романа можно назвать то, что на протяжении всего времени читатель находит в нем переплетение двух тонких параллелей прошлого и нынешнего времени. Так, Булгаков удачно использовал авторский прием под названием «книга в книге». И правда — ведь в самом повествовании мы сталкиваемся с другим рассказом, который воплощается в книге главного героя Мастера.

Уже с первых страниц автор четко разделяет границы между честностью и невежеством, указывая на то, что последнее должно быть наказано. Булгаков очень ярко изобразил нам так называемую тему выбора. Это в первую очередь касается проблемы выбора Маргариты между роскошной жизнью с богатым любящим мужем и настоящим счастьем с бедным, никому ненужным писателем – Мастером. Герои романа ведут себя совершенно по-разному, в зависимости от сложившейся ситуации. Чувства и окружение, которые порождают поступки, ярко демонстрируются на примере Понтия Пилата и Иешуа Га-Ноцри. Мы явственно видим проблему Понтия Пилата между своими обязанностями перед императором и здравым смыслом, своим истинным желанием. Понтий Пилат сделал свой выбор, но оказалось, что от него в данный момент совершенно ничего не зависит. Прокуратор знал, что, оглашая смертный приговор Иешуа, делает огромнейшую ошибку, исправить которую будет невозможно. Его душа разрывается меж работой и совестью.

Автор в некоторых моментах подчеркивает, что любовь и жертвенность – две неразделимые жизненные ценности. Мастер и Маргарита встретились однажды на улице и тут же поняли, что созданы друг для друга. С этого самого момента между ними возникает нетленное чувство любви. Раньше героиня жила в роскошном доме со своим мужем, который ее любил и удовлетворял любой ее каприз, однако, несмотря на это, Маргарита в своем браке не была счастлива. И женщина решила пожертвовать всем ради святого чувства. Все это она согласилась отдать ради того, чтобы быть вместе с Мастером, который жил в полуподвальном помещении. Единственным его занятием было написание романа про Понтия Пилата, всевластного прокуратора. В своем творении Мастер видел смысл жизни, а Маргарита его вдохновляла.

Возможно, самым интересным является то, что Михаил Булгаков передает историю своей книги Мастеру. И правда, сотворенный его руками роман «Мастер и Маргарита» был уничтожен самим автором в 1930 г., а в 1932 г. он снова приступил к работе над будущим шедевром. Так и сожженная Мастером книга в конце снова вернулась к нему, ведь «рукописи не горят». Те переживания Мастера, его беспокойство относительно дела всей его жизни – его книги словно передается читателю от самого автора данного произведения.

Пробегая глазами по строкам, в которых описывалось волнение главного героя, его беззащитность перед обществом и несправедливостью критиков, я явственно понимала, что это не просто строки и не только лишь фразы. Это был настоящий крик души, идущий из самого сердца творца, это те чувства и эмоции, которые когда-то испытал и сам Булгаков, которые решил выплеснуть на страницы своего романа, попытался передать своему читателю.

«Мастер и Маргарита» – это произведение, не похожее ни на одно другое. В нем высмеяна власть одних людей над другими, чрезмерная жадность человека, жизненная важность социального положения. Открывается колоритность и многогранность человеческого характера, добродушие и невежество, добро и зло, правда и ложь… Автор вложил в свое творение все насущные жизненные и моральные ценности, доказал их значение и неоспоримое право на существование в любом социуме. В каждом доме, в каждой библиотеке должен быть хотя бы один экземпляр этого замечательного произведения.

Роберт Шекли считается одним из самых талантливых, но недооценённых западных фантастов середины ХХ века. Плодовитость автора поражает, его рассказы и романы неизменно увлекательны, глубоки и отличаются особым фирменным юмором. Но почему-то Шекли оказался не так востребован американской публикой, уйдя в тень таких гигантов, как Азимов или Хайнлайн. Тем не менее, в Советском Союзе он стал одним наиболее именитых представителей жанра. В отличие от того же Азимова, книги Шекли издавались в Стране Советов многомиллионными тиражами. Возможно, в этом сыграло роль то, что Шекли а своих творением в своём неповторимом стиле — ненавязчиво и с юмором — но всё же смотрел критически на устройство капиталистического общества. Может быть, поэтому его книги распространялись по всем школьным библиотекам СССР. Неудивительно, что автор стал любимейшим фантастом советских детей. Ваш покорный слуга тоже стал жертвой таланта Шекли — благо, в нашей сельской библиотеке тоже его книг было много.

«Цивилизация статуса» — первый роман Шекли, прочитанный мной, и одна из самых колоритных и запоминающихся вещей писателя. Наверное, его можно отнести к знаковым «жёстким» книгам писателя наряду с жуткой антиутопией Десятая жертва. Главный герой романа — заключённый Уилл Баррент, попавший на далёкую планету Омега, населённую одними преступниками. Земля отказалась содержать за свой счёт тех, кто нарушил закон, и сослал их в маленький мирок в закромах космоса, чтобы воры, убийцы, насильники и бунтари выстроили там своё общество мечты. И многие преступники действительно чувствуют себя на Омеге, как рыба в воде. А вот наш герой Баррент не может и не хочет свыкнуться с причудливыми правилами странного мира, основанного на жёсткой статусной системе и, как ни странно, верховенстве Закона (впрочем, этот закон на планете преступников принимает зачастую весьма извращённые формы). Несмотря на то, что он ничего не помнит о своём прошлом (перед тем, как выслать людей на Омегу, с их памяти стирают всякое воспоминание о Земле), Баррент уверен, что произошла ошибка, и он ни в чём не виновен. Но на Омеге до этого никому нет дела: все озабочены лишь собственным выживанием. Земля далеко, до неё не добраться, не узнать правды — но Баррент не перестаёт противиться местным обычаям и законам, с каждым разом всё явственнее чувствуя на своих плечах гнет бездушной цивилизации статуса, которая угрожает его раздавить…

Конечно, «Цивилизация статуса» — это типичная антиутопия, вскрывающая нарывы современного общества и наглядно демонстрирующая, к чему могут привести эти нездоровые тенденции. Но особенность этой антиутопии в том, что она подчеркнуто гротескна, неправдоподобна. Шекли не пытается добавить достоверности, углубляясь в детали и описания. Омегианское общество карикатурно и невозможно (например, в нём нет никакого производства, только сфера услуг). Социальный строй Земли, как выясняется в конце романа, тоже недалеко от этого ушёл. Но эта гротескность позволяет автору лучше сфокусироваться на выбранной теме — роли общественного статуса в человеческом социуме, этой лестницы власти, созданной в головах людей, но тем не менее имеющей реальную силу. Нарочито искусственная иерархия хаджи и пеонов на Омеге, вызывающий улыбку «средний средний» и «средний высший» социальные классы на Земле — это всё до боли знакомо любому человеку, который испытал на себе все прелести классового деления людей, которое начинается ещё в родильном доме, сколь бы идеальным ни казался общественный строй.

Замечательно то, что несмотря на довольно мрачный и жестокий мир романа, автор сохраняет свойственный ему юмор, выражающийся в доведённых до комичного абсурда ситуациях, поэтому чтение книги — дело увлекательное и лёгкое. Вообще, знакомство с творчеством Роберта Шекли лучше всего начинать с его рассказов, но если выбирать крупный формат, то «Цивилизация статуса» — вариант идеальный.

Роман Виктора Пелевина «Empire «V», вышедший в конце 2006 года, стал продолжением традиций пелевинского стиля и, в то же время, оказался новой вехой в деятельности писателя.

Уже само название произведения интригует читателя, и эта загадка не развеивается даже после прочтения романа. То ли это некая «Империя «В» (надо полагать, вампиров, судя по содержанию романа), то ли своеобразное обыгрывание самого слова «вампир» (если стоящую в конце «V» поставить в начале слова – получится очень похоже на английское vampire). Наверное, имеется в виду и то, и другое.

Аннотации к произведению нет, впрочем, это так характерно для книг Пелевина, что удивляться не приходится. Своеобразное ли это пожелание автора издателям или невозможность охватить в нескольких фразах глубину сюжета пелевинских произведений – кто знает? В любом случае отсутствие аннотации будто призывает: прочитай, мол, сам, тогда и поймешь, о чем речь.

События, описывающиеся в романе, происходят в наше время. Главный герой повествования, Роман Шторкин, юноша 19 лет, благодаря стечению обстоятельств становится вампиром. С этого момента он приобретает новое имя и у него появляются наставники, которые после курса лекций по «вампирским наукам» вводят юношу в общество кровососов.

«Повесть о настоящем сверхчеловеке» — так характеризует свое произведение сам Пелевин. Действительно, вампиры в романе предстают высшей расой, сверхлюдьми. Более того, по теории автора, это именно они (а не Бог или естественный отбор природы) создали людей для удовлетворения своих нужд.

Оригинальные версии мироздания не впервые встречаются в прозе Пелевина. Мир-инкубатор, в котором главные герои оказываются всего лишь бройлерными цыплятами («Затворник и Шестипалый») или вселенная насекомых, где главные действующие лица – всего лишь комары, мухи и клопы («Жизнь насекомых») – автор всегда любил экспериментировать с этой темой.

Но в «Empire «V» Пелевин выходит совсем на другой уровень. Это уже не игра с метафорами, а циничная и грубая теория существования человеческого мира, в котором люди приравниваются к дойным коровам. А главной целью вампиров уже не является человеческая кровь, как это было раньше. Они сосут особый концентрат – «баблос», полученный из денег, которые зарабатывают люди.

По пелевинской теории, люди – это всего лишь организмы, существующие для производства денег, отдающие этому всю свою энергию, все свои мысли и стремления, всю жизнь, в конце концов. Люди низменны и примитивны, что позволяет вампирам вдоволь пользоваться их «ресурсами». Впрочем, автор далек от иронии. От его повествования веет грустью, а кажущаяся поначалу фантастической теория мироздания «от вампиров» до боли напоминает жизнь современной России.

Могу с уверенностью сказать, что из всех произведений Виктора Пелевина это если не лучший по стилю, то уж точно самый «взрослый» роман. По крайней мере, это единственное произведение Пелевина, которое я без сомнения дала прочитать близким людям, далеко не являющимся поклонниками творчества этого автора.

В вопросе стиля Пелевин остается верен себе. Остроумные метафоры, доходящие порой до афоризмов. Редкая, но такая характерная для автора, нецензурная лексика «на злобу дня». Пелевинское «чувство времени» в насыщении романа лексикой интернет-пользователей, модных журналов и современной корпоративной культуры. Не в первый раз встречающееся в произведениях автора повествование от первого лица, философичность, нотки буддизма. Все это не дает опытному читателю усомниться в том, кто является автором «Empire «V», несмотря на слухи о том, что роман написал совсем другой человек.

«Empire «V» читается легко, впрочем, как и весь Пелевин (исключение могут составить разве что главы, посвященные теории главных «вампирских наук» — гламура и дискурса), привлекают актуальность и серьезность раскрываемой темы. Несмотря на то, что истинным поклонникам Виктора Пелевина роман не нравится, и его считают «слабым», для не-пелевинцев это отличный способ взглянуть на «гламурного и скандального» автора совсем с другой стороны.

Завершая тему человеческих чудовищ от мира литературы, на этот раз я коснусь не признанных шедевров вроде Парфюмера или Психоза, оказавших заметное влияние на современную культуру, а рядовое произведение в жанре «злой маньяк гонится за добрыми героями» — так сказать, не флагмана движения, а скромного труженика, который делает своё дело в тени более достойных сородичей по жанру. Это — триллер «Дорога в ночь» американского писателя Ричарда Лаймона, завоевавшего себе популярность именно такими историями.

На Лос-Анджелес наползает ночь. Самая обычная беспокойная ночь, наполненная огнями фар и вспышками неона. Но для кого-то, как в любом большом городе, эта ночь станет последней. На этот раз смерть приходит к несчастным не в обличье хулигана за углом или нелепой автокатастрофы — он является под юного маской безумца, обуреваемого ненасытным желанием насиловать и убивать. И вот — девушка по имени Шерри никак не может дождаться своего парня, который на пару минут вышел в соседний магазинчик. Проходит десять минут, двадцать, полчаса… час, а тьма за окном всё не хочет отпускать возлюбленного Шерри обратно. В конце концов, отчаявшись сидеть и томиться неизвестностью, девушка решает сама выйти во мрак вслед за исчезнувшим парнем, не подозревая, что эта страшная ночь растянется для неё надолго…

Стиль Лаймона лаконичен и деловит; в нём нет места длинным описаниям и размышлениям, большую часть повествования занимают диалоги персонажей. Причём эти разговоры воспринимаются легко и естественно. В целом манера письма весьма напоминает подростковые романы, где основа заключается в стремительном развитии сюжета и увлекательном действе, а не на художественных красотах текста. Смешение такого «детского» стиля и мрачных, кровавых событий, описываемых в книге, приводит к необычному эффекту противоречия в чувствах читателей.

Интересно, что изображая персонажей практически только через их диалоги, автор всё же добивается того, что они не выглядят плоскими картонными фигурами, а воспринимаются как настоящие люди, которым начинаешь сопереживать. Положительные герои действительно симпатичны, а злодеи вызывают искреннее отвращение. В романах данной категории это редкость, и, пожалуй, это качество можно назвать главным плюсом произведения.

В «Дороге в ночь» много сцен, которых можно отнести не то что к эротическим, а даже к порнографическим — как я узнал из других источников, у Лаймона вообще бзик на этой почве, и каждое второе его творение описывает похождения сексуального маньяка. Спасает книгу то, что эти сцены в большинстве случаев сюжетно оправданы и написаны с мастерством.

В рамках выбранного жанра «Дорога в ночь» — книга весьма достойная и читается очень хорошо. Ценители ужастиков, которых не заставишь содрогнуться излишне натуралистичными сценами, могут смело брать книгу с собой в самолёт или поезд, чтобы убить время. Остальным, увы, на этом поле ловить нечего.