«Алиса в Зазеркалье» Льюис Кэрролл
Думаю, каждый из нас, кому больше семнадцати лет, как-нибудь, да знаком со знаменитым произведением Льюиса Кэрролла (он же Чарльз Доджсон): по «Алисе» делались и киноэкранизации, и мультфильмы, и подражания, и вольные продолжения, и ещё много всякой всячины. Из ярких примеров вещей «под Алису», что приходят в голову, вспоминается хорошая компьютерная игрушка «American McGee’s Alice» и роман Митча Каллина Страна Приливов, по которому Терри Гиллиам поставил известный в узких кругах фильм. А прямо в эти минуты небезызвестный режиссёр Тим Бертон снимает своё видение истории маленькой девочки, которая провалилась в кроличью нору. Страшно даже подумать, что у него в итоге выйдет. :)
Но всё это – лишь следствия; потомки той истинной Алисы и её мира, которые предстают нам на страницах двух книг-первоисточников. Сегодня я хочу поведать вам свои мысли о второй книге, «Алиса в Зазеркалье». Я читал книжку в переводе А. А. Щербакова, и она была озаглавлена «Зазеркалье: Про то, что увидела там Алиса». Есть много других переводов, не менее хороших, но – кто успел, тот и съел: для меня Шалтай-Болтай навсегда остался Пустиком-Дутиком, а Труляля и Траляля – Двойнюшечкой и Двойняшечкой.
Вообще, читая «Алису», немного жалеешь, что ты не англичанин и эти милейшие персонажи тебе незнакомы. Положим, если шахматные королевы ещё знакомы всем, то герои исконно британских детских песенок и считалок – как-то Гербанты (Лев и Единорог), Пустик-Дутик и другие – и связанные с ними смешные ситуации остаются для российского читателя вне контекста. А ведь как всё было бы весело, будь на месте этих стишков наши «Вышел месяц из тумана, вынул ножик из кармана»… :)
Трудно указать, в чём конкретно заключается очарование этой сказочки. Как истинный математик, Кэрролл вдоволь тешит нас логическими (или, наоборот, нелогическими) играми, большинство из которых просто-напросто выносят мозг. Причём чем старше бедный читатель, тем труднее ему приходится. Когда я читал «Алису» в раннем детстве, то особо не удивлялся странностям Страны Чудес, принимая всё с детской непосредственностью. Но недавно, когда я стал вновь перелистывать книгу, мне приходилось время от времени откладывать её в сторонку, чтобы погрузиться в тяжёлые думы и попытаться прийти в себя – это при том, что у меня кое-какое математическое образование и в ряде случаев мне всё-таки удавалось разглядеть смысл хитрых вывертов автора. :)
Но, конечно, «Алиса» написана вовсе не для того, чтобы её анализировали. Это вообще категорически противопоказано для книги такой фактуры, ибо занятие это может занести нас в такие дебри, что Страна Чудес покажется нам милой прогулочкой по двору. «Алису» надобно просто читать и переварить в себе, неважно каким способом: всё равно книга не сгинет в глубинах нашего разума, а будет время от времени выплывать своими самыми неожиданными гранями в самые неожиданные моменты, делая жизнь чуть проще и по-детски светлее.
Цитата:
Смолкают в детской спор и игра,
Алеет камин, пред ним – детвора.
Любимой сказке войти пора.
И дети снова в Стране Чудес,
Дивный дремучий над ними лес,
Дивное солнце с дивных небес…
Идея «смертельных шоу» была притягательна во все времена – начиная от гладиаторских боёв в Древнем Риме. Вся жизнь в той или иной степени похожа на игру, говорили мы; так что в игре, в которой ставкой является жизнь, не видится ничего противоестественного. Многие столпы мировой литературы оборачивали свой взор в сторону кровавых игр, и тема отвечала им своей благосклонностью: и Гай Монтэг, преследуемый неживым механическим псом, который транслирует каждое мгновение погони на миллионы телеэкранов (Рэй Брэдбери,
Почему-то именно в последнее время произведения австрийского писателя Франца Кафки стали особенно популярными среди российских читателей – наверняка на это есть свои причины. Я же с Кафкой познакомился задолго до того, как его имя стало почти нарицательным. И в этом мне, наверное, повезло, так как я получил возможность расценить его творчество как есть, не оглядываясь на образ автора, созданный современной культурой.
Книги бывают интересные и не очень. Но книг, которые могут вызвать настоящее потрясение, способное вывести человека из эмоционального и духовного равновесия, мало. И обычно для читателя такая книга становится истинной находкой, вехой в жизни. Конечно, универсальных рецептов не бывает, и для каждого читателя найдётся своё значимое произведение. Однако есть такие творения, которые почти наверняка бьют в цель. В этом списке достойное место, разумеется, занимает роман братьев Стругацких «Трудно быть Богом», который не перестаёт изумлять вот уже которое поколение читателей.
«Обнажённое Солнце» – вторая книга цикла Азимова про детектива Бейли и Р. Дэниела Оливо. Но для меня она занимает особое место в цикле, так как моё знакомство с серией началось именно с неё. Заряд интереса, который я получил от «Обнажённого Солнца», оказался столь велик, что я немедленно нашёл и прочитал все остальные произведения о противостоянии землян и космонитов.
Странная история странного человека, который проснулся в огромном доме без окон и выходов. Здесь много лестниц, комнат и людей – но мало кто из обитателей дома знает, что представляет собой строение, в котором они живут. Кто он, человек, который считает себя сыщиком, ищущим похищенную принцессу, но ничего не помнит о своём прошлом? В чём смысл гигантского столпотворения, внутри которого он оказался? И что за красный треугольник преследует его во снах, с каждым разом пугая всё больше и больше?.. Все ответы знает только таинственный владелец дома – Огисфер Муллер. Он живёт на самой вершине дома в тысячу этажей, и для того, чтобы добраться до него, нужно пройти все этажи и перенести много испытаний…
У меня есть такая, если можно так сказать, фобия: если прочитанная мной книга оказывается хорошей, то у меня пропадает желание читать её продолжения. Приходит страх, что вторая и последующие части цикла будут хуже оригинала и испортят вселенную книги. Поэтому, если какое-то произведение мне нравится, я зачастую выдерживаю длительную паузу (порой годами) перед тем, как взяться за продолжение. Но всё-таки рано или поздно делаю это, невзирая на опасения.
Разработав почти все жанры детективного романа, Борис Акунин решил напоследок взяться за «диккенсовский» подвид. «Любовник Смерти» – это не продолжение